Книга Остаться при своем, страница 19 – Олеся Шеллина, Алекс Ключевской

— Ан гард, — произнёс Егор, и я принял боевую позицию.

Всегда предпочитал нижнюю стойку, мне из неё удобнее атаковать. Егор сделал прямой выпад, я поморщился.

— Это не шпага, не пытайся палашом меня проткнуть. — Он кивнул. И тут же стремительно атаковал восьмёркой. Молодец, быстро учится, а вот мне нужно собраться. Я чуть не пропустил удар. Если Ушаков говорит, что плохо владеет мечом, это не значит, что он рукоять от кончика клинка отличить не может. Это значит, что не чувствует себя с холодным оружием стопроцентно уверенно.

Заметив, что почти достал меня, Егор удвоил натиск, постепенно оттесняя меня в центр цеха. Я просто не успевал атаковать. Ах ты, скотина, плохо ты мечом владеешь. Меня захлестнула какая-то весёлая злость. Отбив ещё пару ударов, я схватился за тот самый, свисающий с потолка обрывок цепи, и, оттолкнувшись ногами от пола, крутанулся вокруг Ушакова. Он не успел развернуться, когда я приставил палаш к его спине.

— Ты убит. — Спокойно сказал я, потом, не отнимая палаша от его спины, протянул руку и забрал у него меч.

— Чёрт, — Егор тряхнул головой так, что полетели капельки пота. — Но, признайся, я тебя почти достал.

— В бою слова «почти» не существует, ты, или победил, или тебя убили, третьего чаще всего не дано. — Я протер мечи и вложил их в ножны. — А теперь точно домой. Я телефон специально оставил, чтобы он не зазвонил и твою концентрацию не сбил. Там, наверное, миллион пропущенных вызовов, как и у тебя, кстати.

— Да, скорее всего, ты прав, — Егор поежился. — Завтра вернёмся?

— Придется. — Я тоже повел плечами. — Надо было футболки снять. А то сейчас, как-то не очень.

— Хорошая мысль всегда приходит позже. — Егор потянулся. — Я тут подумал о предателе. Тот извращенец, о котором ты вспомнил, он ведь ещё жив. И вполне может нас навести на эту тварь. При допросе же главное правильно задавать вопросы.

Я внимательно на него посмотрел. Ничего себе у Ушаковых выдержка. Чиновников давно уже казнили за измену. Казнь была публичная и даже вполне эстетическая. Хотя в повешанье лично я редко мог углядеть эстетику. А вот мучителя Егора они никому не отдали. Даже не представляю, что с ним делают и каким образом поддерживают в нём жизнь. Наверняка этот козёл уже много раз пожалел, что я его не убил.

— Тогда надо будет его допросить. Да, раз уж ты начал частично себя контролировать, то вполне можешь позвонить Устинову и узнать, как дела.

— Спасибо за разрешение, — ядовито ответил Егор.

— Пожалуйста. Цени мою доброту.

Посмеиваясь, мы вышли с территории завода. Время уже перевалило за обед и живот громким урчанием напомнил, что его нужно иногда заправлять. Я посмотрел на часы. Где-то через час прибудет Назар Борисович со своим протеже. Я хочу с ним встретиться первым. Аньку пока пускать к такому нужному человеку, способному обеспечить наш комфорт, я подпускать не собирался.

Дома уже на въезде меня встретил слегка ошарашенный охранник. Раньше такого не было, чтобы он из своей бронированной будки выходил, да и запрещено им было делать это. Только в крайнем случае и только по одному. Второй должен оставаться на месте, чтобы иметь возможность предупредить остальных, в случае попытки прорыва на территорию.

— Константин Витальевич вас ждёт посетитель… — Он замолчал, а потом выпалил. — Я не знаю, как на это реагировать.