Книга Стать жестче, страница 62 – Олеся Шеллина, Алекс Ключевской

Вырвав Егора из рук жены и подростков, они подняли его на ноги и только потом начали обнимать.

— Он жив? — из дымки, вышли два молодых мужчины, примерно одного возраста с Егором. Каждый был с молодой женщиной, а одна из них была уже заметно беременная.

— Жив, только молчаливый какой-то, — один из мужчин почесал затылок.

Я перевёл взгляд на Егора, который, похоже, вообще не соображал, что происходит. Он только притянул к себе поближе Люсинду, которую время от времени к нему прижимали желающие пообниматься. На периферии зрения промелькнула фигура Устинова. Он подошел, встал рядом со мной, и с чувством произнёс.

— Слава богу, — я с удивлением увидел, как он перекрестился. — Так, кто тут у нас, — он осматривал обступивших Егора людей, а я, наконец, понял, что, говоря про то, что он не сумел защитить всех, он не только о Люсинде с малышом говорил. Похоже, что не вся белая прядь появилась из-за жены. У каждого из что-то говоривших, перебивая друг друга, людей есть в этой пряди по одной серебристой нитке.

— Похоже, что они его очень любят, — я даже улыбнулся, наблюдая как на красивом ошарашенном лице проступает облегчения.

— Поверьте, Константин Витальевич, он их тоже. Ну что же, Степана нет, похоже, что погиб, очень жаль. — Устинов замолчал, а потом продолжил. — Зато от гибели всех остальных Егор Александрович быстро отойдёт, если уже не отошёл, — он пробормотал последнюю фразу еле слышно, но я всё равно умудрился расслышать.

— Живым кого-нибудь взяли?

— Двоих. И, Константин Витальевич, взрыв, похоже, для них стал такой же неожиданностью, как и для нас. — Я повернулся к Устинову.

— Разберемся. Чуть позже, я хочу их допросить, и, чтобы мне никто не мешал, — он вздрогнул, но ничего не ответил, только кивнул. — Егор стал наследником? — я ещё раз посмотрел на выживших, нет, никого из них не знаю, значит, не первой линии наследники.

— Да, и я даже не знаю, как он на это отреагирует, — Устинов погладил себя по подбородку. — Пока не похоже, что он это осознал. А вообще интересный расклад получается. Егор Александрович сейчас первый на права наследования, затем идут Михаил Олегович и Василий Олегович, всё время забываю кто из них старше, затем их сыновья, вон они, Максим и Денис. Только жена Дениса беременна. Если родится мальчик, то Максим отодвинется на одну ступень вниз. Ну, а если у Егора Александровича и Люсинды Викторовны родится мальчик, то очередь всех подвинется. Славка же, получается, место Егора Александровича занял. В любом случае до него дело не дойдёт, если только ещё какого форс-мажора не случится.

— Сомневаюсь, что сейчас Егор что-то подобное допустит, — я покачал головой. — И всё равно, не понятно, что здесь произошло. Почему они все вышли непонятно откуда. Похоже, что есть только один способ узнать. Надеюсь, Егор меня сейчас не прибьет сгоряча.

— А я пойду Андрея Никитича успокою. Да про гибель сына расскажу, — Устинов отошел в сторону, доставая телефон.

— Класс. Погибла половина клана, или даже больше, но это ерунда, тьфу, даже беспокоиться не стоит. Похоже, что наследники первой линии те ещё твари были, если Егор больше за жизнь дядьёв да троюродного племянника переживал, чем за жизнь матери с отцом. — Я покачал головой и пошёл вырвать из рук Егора на время ту, что могла дать мне полный расклад.