Книга Стать жестче, страница 45 – Олеся Шеллина, Алекс Ключевской

— Костя, ты проверил что-нибудь, кроме библиотеки? — не глядя не отца, спросила Анна.

— Я всё проверил, — заложив руки за голову, я снова откинулся на подушку. И мне плевать было на то, как на меня смотрит Стоянов. — Кроме библиотеки. Поверхностно осмотрел, но, судя по тому, что Снежины ловушек здесь наставили, как картошку насажали, то не факт, что не найдется чего-нибудь ещё. Так что, эту комнату пока не трогайте, вообще, заприте от греха подальше, когда я уйду. А во всех остальных комнатах можете развлекаться.

— Мы так, пожалуй, и поступим, — кивнул Стоянов, а я на этот раз встал и пошел к двери. Они вышли следом, и Анна заперла дверь на ключ, который, подумав, протянула мне.

— Так будет надежнее, — я кивнул и забрал его, сунув в карман к другому ключу.

— Где-то в гостиной моя куртка лежит, — сказал я, и тут зазвонил телефон.

Я посмотрел на номер и отошёл в сторону, а Анна направилась к гостиной.

— Я так понимаю, ты нашелся? — сухо спросил Подоров.

— Ну хоть, не охренел, и на том спасибо, — ответил я. — Да, дурак, не предупредил, куда поеду. Телефона просто не слышал. Что-то ещё?

— Я встречался с твоим прадедом. Андрей Никитич очень сложный человек, но мы смогли договориться по основным моментам, но он даже слышать не хочет о том, чтобы отдать мне хотя бы для допроса того боевика, которого ты взял живым.

— Ты про того извращенца, который нездоровой страстью к Егору воспылал? Какой же он боевик? Так, мелкая шушера на подхвате. — Я смотрел, как один из рабочих посмотрел на меня и его развернуло в противоположном направлении. Я что такой страшный? А вот модельеру Щукину понравился.

— Это неважно. Обычно таких вот, как он, использовали для связи с кураторами. И как курьеров. — Подоров помолчал, а потом добавил. — Мне нужны его контакты, Костя. Очень сильно нужны.

— Я не могу ничего обещать, — ко мне шла Анна, неся куртку. — Если Ушаков тебе отказал, то далеко не факт, что меня он вообще слушать будет.

— Хотя бы попробуй, я буду тебе должен. — Интересный поворот. Надо подумать. Подоров такими словами обычно не кидается. Ему явно известно больше, чем говорит, да и недоговорок хватает. Но вот так он просит впервые.

— Куда будет направлен удар, Матвей? — спросил я, не отрываясь глядя на Анну, которая остановилась, на что-то указывая рабочему, который изменил направление при виде меня.

— Я не знаю, я даже не знаю, когда примерно они постараются что-то предпринять. Поэтому мне нужны контакты того типа. Я могу только предположить, по косвенным признакам и справкам моих аналитиков, что это произойдёт скоро. Не на твою свадьбу это точно. Она, конечно, очень лакомый кусочек, но, пробиваться через совместную охрану императора и Ушаковых — себе дороже, гости даже могут в итоге не узнать, что на них, оказывается, кто-то нападал. А, во-вторых, у них столько времени. Потому что до осени я их точно выслежу, даже без дополнительных условий.

— Я попробую поговорить с Ушаковым, но ничего не обещаю. Специально я с этим вопросом к Андрею Никитичу не пойду, сам понимаешь. Как только представится возможность, тогда и задам вопрос.

— Я понимаю, но, если сможешь, поторопись. — И Подоров отключился.

Подойдя к Анне, я забрал куртку, послушал про то, как она ругается, нашел это весьма забавным, но слишком однотипным. Надо бы её подучить парочке крепких словечек, чтобы даже работяг проняло. Они сразу начнут её уважать, а не просто подчиняться, как нанимательнице. А пока надо бы ей помочь, чтобы работалось спокойнее.