Книга Прибытие, страница 99 – Олеся Шеллина, Алекс Ключевской

Собрав по три жетона, гонцы разъехались по проклятым землям. И, каково было удивление всех, кто с дуру принял это закон, посчитав его прекрасным решение проблемы, когда жетоны приняли своих первых владельцев. Но, дело было сделано.

Вот отсюда и начинается вторая часть истории про Охотников, которая длится по сей день.

Дураками эти суровые воины и маги не были, и быстро разобрались в своих полномочиях, от которых могла закружиться голова у менее подготовленных граждан.

Вот только те, кто принял закон о судьях тоже быстро сообразили, что натворили. Особенно в том плане, что сами стали подвластны судилищу. И любой Охотник, разбирая дело, в котором мог оказаться замешан королёк или член его фамилии, мог спокойно и абсолютно законно вынести приговор. А также тут же привести его в исполнение. А самое главное, что его слово будет считаться истиной в последней инстанции. Жетоны тщательно следили за тем, чтобы не было перегибов, как и недогибов и сговоров. Вот такие чудовищные полномочия.

Когда со слишком «умных» товарищей дошло, что они натворили, то собралась вторая Ассамблея, поменьше и без особой огласки. И присутствующие на Ассамблее морды попытались как-то изменить ситуацию. Изменить функционал свобод Охотников, не нарушая общей сути создания этого института. Просто отменить было нельзя. Архимаги то ли устали, когда отмечали создание единого реестра, то ли ещё что-то употребили, но наворотили с этими жетонами такого… В общем, отменить было нельзя — чревато.

В общем сумели протащить некоторые поправки. В них правители наделили Охотников дополнительными полномочиями, и в тоже время ограничили их основные свободы. То есть, Охотники обязаны были подчиняться императорам и королям по всем основным законам страны. И не могли вершить суд сами, как того захотят. Только, если их призовут на службу. Ну, когда дело совсем швах, и по-другому ну, никак.

За это они получали практически неограниченную свободу на землях, на которых испокон веков сидели. А всех жителей, и даже тех же баронов могли привлечь в свой клан на вассальных условиях. К особо упорствующим на вполне законных основаниях могли применить силу. Ни к одному существующему титулу Охотников не смогли приравнять и, недолго думая, просто выделили их в отдельный.

— То есть, свои непосредственные обязанности они никогда не выполняли, — Задумчиво проговорил на это Сергей.

— Получается, что так, — развёл руками дед. — К тому же, создавая эти дополнения, императоры и султаны ничем не рисковали. Нормальные люди по доброй воле селиться здесь не будут. Так что сами виноваты.

— Было, — опроверг я доводы деда. — Четыре раза за всю историю возникали ситуации, в основном связанные с международными весьма деликатными конфликтами, которые уже невозможно было разрешить мирным путём. А война могла бы стать мировой и привести к чудовищным последствиям. Все четыре раза привлекалось аж сорок два действующих Охотника со всего света. Мать моя женщина. — Я ошарашенно потряс головой. — Вот это у них полномочия были… Когда идет разбирательство по делу, к которым привлекается Охотник или Охотники, то им противоречить могут только боги. Это я сейчас не придумал, а процитировал. То есть содействие обязаны оказывать все, начиная с самого императора и заканчивая крысой, случайно забредшей на императорскую кухню. А если в ходе расследования Охотнику зачем-то понадобится шкурка этой самой крысы, она обязана сама её с себя содрать и вручить с благодарностью.