Книга Наследнички 4, страница 53 – Олеся Шеллина, Алекс Ключевской

Тут дверь, ведущая непосредственно в лабораторию, приоткрылась, и оттуда высунулся лаборант, проводящий исследование Ромкиной крови.

— Господин Стоянов, анализ готов, можете забрать результаты, — негромко сказал он, глядя на меня с таким любопытством, что я сразу же почувствовал что-то неладное.

Быстро войдя в кабинет, я взял протянутый мне лист и принялся читать заключение. Долго не мог понять, что читаю, наконец поднял взгляд на всё ещё смотрящего на меня с любопытством лаборанта.

— Ба́трахотокси́н? Вы уверены? — я медленно свернул лист с заключением. Вот сейчас я практически был уверен, что Верн сказал правду, и что безликие не имеют никакого отношения к происходящим в древнем монастыре делам.

— Это не батрахотоксин в чистом виде, — замялся лаборант. — Здесь присутствует как бы смесь секретов лягушек нескольких видов, но все они относятся к древолазам.

— А такое вообще возможно? — я потёр лоб, чувствуя, как начинает накатывать мигрень.

— Ну, если кто-то взял выделенные вещества и смешал их в одной колбе, а потом ввёл жертве… Вы ведь расследуете отравление этим веществом? — я кивнул. — То почему бы и нет?

— Верно, почему нет? — я задумался. — А это… хм… вещество способно вызвать галлюцинации?

— И галлюцинации, и бред, и навязчивые идеи, — лаборант покрутил головой и, убедившись, что его никто не слышит, продолжил: — Вообще-то если бы не концентрация, я решил бы, что это какой-то новомодный наркотик. Потому что галлюцинации должны быть ну очень красочные и совершенно натуральные.

— Вот ведь… — я снова потёр лоб. — Оно может привести к смерти? — уже не отрывая от лаборанта пристального взгляда, я задал очередной вопрос.

— Да, если вовремя не принять определённые меры, то, в конце концов, жертву ждёт смерть. Думаю, предельное время наступления летального исхода всё-таки зависит от концентрации. Если этого… хм, вещества, ввести чуть-чуть больше, то период красочных видений очень быстро перейдёт в агонию. И вряд ли на этой стадии жертву можно будет уже спасти.

— Господи! — наверное, я побледнел. Мы успели очень вовремя избавить Ромку от этой дряни. Да и сколько её попало ему в кровь через паршивый заусенец? А если взять шприц и… Так, не надо о грустном. Я твёрдо посмотрел на лаборанта: — Передайте мне, пожалуйста, все данные по проведённому обследованию, а также образцы.

Лаборант скривился, но контракт был заверен магически, и он не мог не отдать мне всё, что я запросил.

Я вышел из лаборатории и буквально упал на скамейку в живописном парке, раскинувшемся неподалёку. На меня накатывало ощущение нереальности происходящего. Вот у Вольфов с Борькой всё становилось очевиднее с каждым днём. А вот то, что происходило у нас, просто словами не передать.

— Лягушки? Нет, это просто из ряда вон! Лягушки, мать их! Что, ради всех святых, этот извращенец Томас сделал с лягушками? — меня пробил немного истеричный смех, и я, закрыв лицо руками, рассмеялся, подозревая, что со стороны мои смешки походили на всхлипывания.

— Молодой человек, с вами всё в порядке? — я поднял голову и столкнулся со взглядом пожилого человека, склонившегося надо мной. Его взгляд выражал сочувствие и обеспокоенность. — Может быть, пригласить сюда целителя? Или давайте я вам помогу до него добраться.