Книга 13 демон Асмодея. Том 5, страница 32 – Илья Ангел, Алекс Ключевской

— Постарайся что-нибудь найти, — сказал я вместо ответа и направился к выходу. — Да, сделки ни с кем не заключай, кто бы сюда не заявился.

— Злой ты, Фурсамион, — вздохнул Мазгамон. — Всё время мне что-то запрещаешь, а сам даже не поинтересовался, как там курочка твоя поживает.

— Если бы с Мурмурой что-нибудь случилось, поверь, я бы это первым узнал, — и я вышел, оставив его одного.

Я был на сто пятьдесят процентов уверен, что меня он не послушает, и если действительно сюда кто-то явится, то сделке быть. И, возможно, не одной. Такая жажда бурной деятельности со стороны Мазгамона даже уважения заслуживала, и я вряд ли могу с этим что-то сделать. В этом мире у него получается удивительно часто спровоцировать людей на подобное. Насколько помню, в других мирах ему мало, что обламывалось. А может быть, всё дело в том, что он не требовал закладывать души. Ему для саморазвития самого факта заключённой сделки хватало.

Вернувшись в машину, я завёл двигатель и повернулся к Якову.

— Ну что, показывай, где здесь у вас больница.

Больница — это было слишком претенциозное название. Небольшое здание, куда мы привезли пекаря, было чуть больше медицинского пункта в Петровке, где принимала местных бабок прекрасная Диана Карловна. Но, как ни странно, одна из комнат была выделена под палату, а в крошечной ординаторской скучал пожилой врач. Он сидел за столом, положив на него ноги, и увлечённо читал книгу с полуобнажённой красоткой и брутальным парнем с пистолетом на обложке.

— Вы что-то хотели? — он окинул неприязненным взглядом мой мундир.

— Я привёз вам пациента, — сухо ответил я. — Это ваш пекарь, и у него эрготизм.

— Это невозможно, — врач опустил ноги на пол и поднялся. — Мука проходит стандартизацию, прежде чем попадает к пекарям. Не знаю, как в Российской империи, но здесь, в Швабии, всё очень строго.

— И тем не менее, господин Браун, видимо, решил извлечь сиюминутную прибыль, купив не проверенную муку, — я бросил образец ему на стол. Специально взял из открытого мешка, чтобы меня не обвиняли непонятно в чём голословно. — Идёт война, контроль в зонах, прилегающих к зоне боестолкновения, всегда ослаблен.

— Мне только одно непонятно, — врач поморщился, увидев тёмно-красные, почти чёрные вкрапления в муке, — почему ваш император схлестнулся с французским королём, а боевые действия ведутся на моей земле?

— Просто ваш герцог выбрал изначально не ту сторону, — я пожал плечами. — Не беспокойтесь, скорее всего, вы так и останетесь Швабией, слишком уж далеко от границ нашего государства ваше герцогство расположено.

— Да я и не беспокоюсь, — он пожал плечами. — Где этот неразумный? — вздохнул врач и крикнул. — Гретхен! Готовь палату, у нас тут сейчас на ближайшие дни будет весело. Я достаточно стар и ещё застал то время, пока контроль за мукой не получил государственный статус. Так что я видел, как беснуются отравленные.

— У вас есть всё необходимое? — спросил я, поворачиваясь на звук открываемой двери. В ординаторскую вошла медсестра. Высокая, на полголовы выше меня и раза в два шире. Похоже, им здесь не нужны санитары, чтобы особо буйных клиентов успокаивать.

— Да, вроде бы, — врач почесал висок. — Но если поделитесь нейролептиками, скажу большое спасибо, — он подошёл ближе и ткнул пальцем в мою змею на груди. — Иногда я себя спрашиваю, зачем в своё время дал клятву и обзавёлся этой гадиной. Но вам сложнее, тут уж не поспоришь.