Книга 13-й демон Асмодея. Том 2, страница 104 – Илья Ангел, Алекс Ключевской

Вот с этого момента Зинаида Карловна начала говорить, периодически срываясь на маты. Это было странно и довольно волнительно слышать настолько изощрённые ругательства из уст такой женщины.

В общем, произошло следующее. Так как роды были стремительные, то Настя действительно только и успела подставить руки, чтобы принять ребёнка. И вот с ребёнком на руках, скорчившись в три погибели в машине, она соображала, что же делать. Нужно было чтобы кто-то хотя бы бикс открыл и помог вытащить всё необходимое для туалета новорожденного. Правильно рассудив, что в машине остался только один человек, способный это сделать, она повернулась туда, где сидел водитель, и позвала.

— Дима! Дима, иди сюда, мне нужна помощь. Дима! — вот только Димы в машине не было. Он выскочил из неё вслед за Зинаидой Карловной и буквально испарился, потому что в зоне видимости его не оказалось.

Насте пришлось укладывать ребёнка на живот матери, и всё бы ничего, но в проклятой машине было не развернуться! А тут ещё послед начал рождаться, а ребёнок всё ещё был соединён с матерью пуповиной. Но Настя молодец, ей удалось всё сделать правильно, и когда Зинаида Карловна распахнула дверь машины, с трудом переводя дыхание, Настя уже обрабатывала новорожденной всё, что нужно было обработать. Зинаида Карловна отправила её с девочкой в медпункт, а сама занялась Изюмовой, у которой никак не рождался послед.

Задержка отделения плаценты — это всегда плохо, а тут ещё в таких условиях. В общем, когда приехала Петровская, Зинаида Карловна уже готовилась к ручному отделению, что тоже не очень хорошо. И Петровская не нашла другого времени, чтобы отчитать её. Зинаида Карловна закусила губу и сдержалась. Тут Изюмова приподнялась, и долгожданное рождение последа произошло само собой без вмешательства. Выдохнув с облегчением, Зинаида Карловна передала женщину бригаде, приехавшей с Петровской. После чего зашла с главным акушером-гинекологом в медпункт, и они там так сцепились, что Настя выскочила на улицу и сама передала ребёнка прибывшим неонатологам. Всё это время Димы нигде не было видно. Он появился, только когда спецмашина от губернской клиники отъехала. И где он всё это время скрывался, Дима так и не признался. Ни тогда, ни сейчас. Сначала он только отмалчивался, а теперь пытался оправдаться.

— Я перенервничал, — буркнул красный Дмитрий, когда я посмотрел на него. — Вот не поверите, Денис Викторович, трупы не боюсь перевозить, а здесь…

— Верю, — я заскочил в машину и сел рядом с ним. — Отвези меня домой, а потом машину будешь отмывать. Подозреваю, что в салоне сейчас не слишком чисто.

До дома доехали молча. Я его не осуждал, сам страха натерпелся, когда первые роды принимал. Но всё-таки надо Диме нервы чуть-чуть подправить. Он же деревенский парень. У них же, поди, и коровы рожают, и кошечки, и куры… Нет, куры, вроде как из яиц вылезают… Впрочем, неважно.

Выскочив из машины и махнув водителю рукой, я вошёл во двор. По двору с важным видом выхаживала Мурмура, а навстречу ей шагал Барон. Дойдя до забора каждый со своей стороны, они весьма синхронно развернулись и снова пошли навстречу друг другу.

— Интересно, и что вот это значит? — я задумчиво замер на месте, глядя, как курица и чёрный кот маршируют по двору. Помотав головой, понимая, что начинаю впадать в самый полноценный транс, заорал: — Егорыч! Какого лешего наша живность вытворяет? Егорыч!