Книга Тревожный путь, страница 51 – Илья Ангел, Алекс Ключевской

— Бабуля! — Ванда уставилась на женщину. Она так сильно удивилась, когда узнала в своей неожиданной спасительнице бабушку, что даже на мгновение забыла про опасность, грозившую ей со стороны Георгия.

Было неудивительно, что Ванда сразу её не узнала. Женщине было лет сорок на вид. С безупречной осанкой, изысканным макияжем, облаченная в очень дорогое вечернее платье, подчеркивающее каждый изгиб её тела, она притягивала взгляды многих мужчин в зале. Ванда не понимала, как бабуля смогла так сильно преобразиться, и, если бы не характерные жесты и голос, она вряд ли смогла бы опознать в этой аристократке Агнешку Вишневецкую, уже давно разменявшую шестой десяток.

— Что ты здесь делаешь? — Ванда повысила голос, чувствуя накатывающую мигрень и уже не обращая внимания на то, что на них начали коситься. Но визгливые вопли недалеко от них привлекали больше интереса, чем семейная стычка представителей древних Родов.

— Наслаждалась современным искусством в соседнем зале, — ответила Агнешка со снисходительной улыбкой. — Выставка закрылась, и я решила пообщаться со своими старыми знакомыми, коих здесь собралось немало. А вы с Романом, я смотрю, продолжаете ваши ролевые игры. Аристократ и официантка, как банально. Неужели подобное вам ещё не надоело? Эх, молодость. Жаль, Георгий, что нам с вами этого уже не понять, в виду нашего преклонного возраста, — и она снисходительно покачала головой.

— Мне тридцать девять! — прошипел Гаранин.

— Я так и сказала. И кстати, я прекрасно слышу и всё понимаю с первого раза. Зачем повышать голос и повторять дважды? — поморщилась знаменитая мошенница. — Я Агнешка, бабушка Ванды.

— Я так и понял, — сквозь зубы процедил Гаранин. — Что вам от меня нужно, госпожа Вишневецкая?

— Чтобы вы отпустили мою внучку, — холодно произнесла бабушка, прожигая его взглядом. — Мы уж поняли, что мораль и вы — вещи несовместимые, но существуют же какие-то правила приличия. А вы всё-таки представитель древнего Рода, когда-то приближенного к трону.

— Я её не держу! — Георгий опустил взгляд, разглядывая руку Ванды, которую всё ещё крепко держал за запястье, и тут же разжал пальцы, выпуская её из захвата, сразу же начиная тереть переносицу таким знакомым девушке жестом.

— Вы не хотите посетить наш семейный ужин? — с улыбкой поинтересовалась Агнешка, отодвигая Ванду себе за спину и вставая между ней и Гараниным. — Ветта с Томашем давно хотели познакомиться с родителями Романа. Особенно Томаш. Мы же теперь родственники, как ни крути.

— Мне сегодня напомнили, что отцом Романа я больше не являюсь. Хотите ужинать с родичами Романа, обратитесь к Наумову, — саркастически ответил Георгий. — Всего доброго, — решил он проявить несвойственную ему вежливость при общении с известной мошенницей. После чего кивнул каким-то своим мыслям и направился к выходу из бального зала посольства.

— Фух, это было напряженно, — пробормотала Агнешка, поворачиваясь к Ванде, как ни странно, чувствовавшей себя в присутствии бабули довольно защищённой. — Что ему от тебя было нужно?

— Не знаю, он не успел сформулировать свои мысли, — тихо ответила Ванда, потирая запястье, где уже начал проступать след от пальцев Георгия.

— Ну, ничего, перебесится. Он же не самоубийца, чтобы открыто объявлять мне войну. Я не Наумов, жалеть его не стану, — отмахнулась мошенница, оглядываясь по сторонам. — Пойдём, провожу тебя до дома.