Книга Роковой путь, страница 92 – Илья Ангел, Алекс Ключевской

Представители СБ проявили благоразумие и не рванули в самолёт сразу, дожидаясь, когда к ним спустится Ожогин. Всё-таки какой-то инстинкт самосохранения в них присутствовал. А может быть, воспоминания о том, как именно их выстраивал Гомельский, ещё не выветрились окончательно, и сильно накалять обстановку, связываясь с мстительным Наумовым, им не слишком хотелось.

Женя медленно спустился под пронизывающим ветром к ожидающей его группе из пяти человек. Двое были в форме таможни, один в жилете транспортного контроля и двое в строгих тёмных костюмах — местные безопасники. В нескольких шагах позади них, прислонившись к чёрному внедорожнику с тонированными стёклами, стоял Георгий Гаранин. Встретившись взглядом с Ожогиным, он прищурился и жёстко усмехнулся.

— Виктор Маркелов, Служба Безопасности, — к Жене подошёл один из тех, что были в костюмах, — у нас есть…

— Я знаю, чего у вас точно нет, — перебил Виктора Женя, глядя на него с явной неприязнью. — Чувства самосохранения. На одни и те же грабли второй раз?

— Я так понимаю, вы Евгений Ожогин, — не изменившись в лице, произнёс Маркелов. — У нас есть основания полагать, что в самолёте находится разыскиваемый нами человек. Вот ордер на обыск.

— Обыск личного самолёта младшего члена рода Наумова? — с нескрываемой насмешкой уточнил Женя, внимательно изучая протянутое ему постановление. — Смело. В прошлый раз, когда вы плясали под дудку старшего Гаранина, вам, кажется, мало досталось. Или у вас память короткая? Думаю, Дмитрий Александрович всё это оценит. Я ему сразу по возвращении сообщу все подробности и не забуду упомянуть ваше участие, господин Маркелов.

— Цель вашего визита во Фландрию, господин Ожогин? — сжав кулак, резко спросил Виктор, не обратив внимание на подошедшего к ним Георгия Гаранина.

— Цель моего визита — забрать посылку. Курьерам не доверяю, знаете ли, а ваша фландрийская, простите, почта славится на весь мир своей, скажем так, неторопливостью, — издевательски ответил Женя, внимательно рассматривая при этом Гаранина, изучая единственного в этой вселенной человека, внушающего Роману страх одним своим видом. Как и Никите, судя по поведению последнего.

— Да уж, правду говорят, что у Романа Гаранина есть цепной пёс, делающий за него всю грязную работу, — протянул Георгий. — Обыщите самолёт. До винтика.

Маркелов кивнул, отдавая тем самым приказ своим людям, поднявшимся сразу же на борт, когда Женя отошёл в сторону от трапа. Слышно было, как они перемещаются по салону, открывают багажные отсеки, что-то передвигают. Ожогин стоял, глядя на проплывающие мимо облака.

— Надеюсь ничего не пропадёт, — заметил он как бы невзначай. — Знаете, Гомельский, ну, вы его помните, знает обо всём, что находится в этом самолёте, как раз до винтика. А он такой принципиальный. Надо будет попросить Дмитрия Александровича назначить ревизию по прилёту.

Он говорил нарочито громко. Настолько, что обыскивающие самолёт люди это услышали. Шум в салоне стих и стал более деликатным, а Маркелов не сумел сдержать дрожь в пальцах. Он даже вынужден был сцепить руки, чтобы не дать Ожогину полюбоваться на то, что сумел его достать. Даже Гаранин вздрогнул, когда Женя упомянул Гомельского в одном предложении с Наумовым, и не сумел сдержать ненависть, исказившую его красивое, породистое лицо, так похожее на лица его сыновей. Спустя несколько минут люди Маркелова спустились с трапа.