Книга Опасный путь, страница 43 – Илья Ангел, Алекс Ключевской

— Это не конфликт с собой, а вполне нормальная, почти здоровая реакция, присущая любому человеку, — фыркнула Рерих. — Эдуард Казимирович, я вам ничем не могу помочь, потому что нечему помогать. Прошу вас покинуть мой кабинет и не мешать мне работать. Если вы, конечно, не хотите мне рассказать, где вас воспитывали, потому что единственное, что в вас ненормально — это ваша осанка. Точнее, она слишком хороша. От неё за версту Тёмным двором несёт.

— Вы правы, я, пожалуй, пойду, — и Эд быстро ретировался, потому что придумывать что-то про воспитание в традициях Семьи было лень, а говорить правду… Хотя это всё объяснило бы Гертруде Фридриховне, потому что там, где его воспитывали, такой ерундой как психология и гуманизм голову себе никто не забивал.

Дима стоял в приёмной возле его стола и перебирал какие-то бумаги. Услышав, что он вошёл, глава Семьи поднял голову и их взгляды встретились.

— У меня нет никаких проблем, — заявил Эдуард, проходя мимо глава Семьи и садясь на своё место.

— Кто бы сомневался, — Дима усмехнулся. — Что-то мне не по себе. Как-то странно всё совпало. Хотя возможно, я себя накручиваю. Ну что с ними может случиться в присутствии Троицкого, правда?

— Ты хочешь, чтобы я тебя успокоил? — Эд вопросительно приподнял бровь. — Дима, иди к Ване. Ты давно не занимался, тебе нужно размяться. Да и мозги на место встанут.

— Ты прав, я так и сделаю, — ответил Дима и вышел из приёмной.

Эдуард же откинулся на спинку стула и посмотрел на закрывшуюся дверь. Ему как-то незаметно передалась нервозность его главы. Что-то здесь действительно было не так, но они этого пока не узнают. Оставалось только ждать и надеяться, что на этот раз всё обойдётся. Да ещё и проблемы с Ольгой. Что с ней происходит, чёрт побери?

— Пожалуй, я тоже пойду разомнусь, — медленно произнёс Эдуард и вышел вслед за Димой из приёмной.

— Гаранин, вторая Гильдия, — дверь в кабинет Бурмистровой распахнулась, и в неё ворвался Роман, бросив на стол перед преподавательницей документы и отчётную ведомость. Анастасия Вячеславовна подняла на него удивлённый взгляд, нахмурилась и принялась собирать разлетевшиеся по столу бумаги.

— Я прекрасно знаю, кто вы, Роман Георгиевич, — ответила она холодно, всё ещё не сводя взгляда со взъерошенного парня. — И не следует мне угрожать.

— Что вы, какие угрозы, — Рома улыбнулся ей и, развернувшись, сел за ближайшую парту перед Вандой и Егором, прибывшими в школу ещё утром без Гаранина. Они вопросительно переглянулись и дружно посмотрели на находившегося явно на взводе Романа. — Я просто вам изливаю душу, показывая, что будет, если вы не поставите зачёт и не допустите к этому проклятому экзамену, оставив меня без диплома. Наумову придётся меня уволить, а я вернусь к своей непосредственной работе во второй Гильдии, посвящая ей всё своё освободившееся время.

— И что, по-вашему, это, если не угроза? — напряжённо спросила Бурмистрова.

Само присутствие в школе убийцы напрягало, и не только её. Да и во время его обучения Гаранин никакой симпатии не вызывал практически ни у кого из преподавательского состава. Многие знали, на что способны представители этого Рода, а сам Роман никогда не славился особой выдержкой. На внеплановом педсовете многие пытались воззвать к разуму Троицкого, убеждая его пойти на уступки и придумать хоть что-то, чтобы не допустить Гаранина на территорию школы. Но этот старый сбрендивший Тёмный был непреклонен, хотя никого из проверяющих на тот момент в учительской не было.