Книга Запутанный путь, страница 106 – Илья Ангел, Алекс Ключевской

— Вы мне лучше скажите, зачем вы за ним гнались с явным намерением совершить акт насилия? — Державин с трудом подбирал слова, стараясь не заржать, выдерживая трагическую паузу.

В таверну начали заходить лесорубы и местные, кто завтракал здесь перед утренними сменами. Останавливаясь, они внимательно смотрели на эту картину, пожимали плечами и проходили мимо, рассаживаясь за столами.

— Да ить, что ты такое говоришь⁈ — выпучила глаза Вера. — Какое насилие, ты в своём уме? Просто выпороть мальчишку хотела, чтобы в следующий раз Гаврюшу не задирал. Бычок-то безвредный совсем, его каждый обидеть норовит, — и тут её взгляд снова упал на Романа. — Ой, оставил любушку одну-одинёшеньку. Из-за старухи, к которой даже смерть не идёт никак, окоянна-а-а-я! Хотя чего это я, будет кому за ней присмотреть, да по закону людскому всё будет, да по правилам божьим, а то неправильно всё это, — добавила она тихо, совершенно нормальным голосом. Рома её услышал, не понял, но что-то в этих словах его кольнуло и не смогло оставить равнодушным. Он не выдержал и застонал, приоткрывая один глаз.

— О, так он жив. Ну, что же, арестовывать в таком случае я вас не буду, — сообщил Державин бабке.

— Живой! Живехонький, горемычный! — а Вера явно обрадовалась тому, что не прибила Гаранина. — Ты уж прости дуру старую. Хочешь, я тебе пирожков испеку?

— Не-не надо, — замотал головой Роман, приподнявшийся на локтях.

— Ну, как хочешь. А если надумаешь, заходи, я тебя всегда накормлю, — сказала Вера и, поднявшись, заковыляла к выходу, опираясь на костыль. Слова старосты про возможный арест она просто проигнорировала.

— Что здесь происходит⁈ — заорал Гаранин на Державина, принимая сидячее положение.

— Обычное, ничем не примечательное утро в деревне «Два Дубка», — с удовольствием ответил староста. — Пойдёмте, Роман Георгиевич, поговорить надо бы, — и он указал рукой на стол, за которым сидел до того, как в таверну ворвался пришибленный Верой Гаранин.

— Где Ванда? — прямо спросил Роман, садясь напротив старосты деревни. — Я так и не понял, что произошло и за что вы её арестовали.

— Вот, думаю, это будет лучше любых слов, — серьёзно произнёс Державин и передал нахмурившемуся офицеру СБ папку с делом, заведённым на Вишневецкую. — Сами понимаете, у нас здесь все подобные вопросы решаются быстро: я и прокурор, и судья, и обычный пострадавший в этом деле, — скупо улыбнулся Александр Николаевич, глядя на то, как Гаранин углубляется в чтение официального протокола на задержанную сотрудницу СБ. И если бы не последнее обстоятельство, он бы даже пальцем не пошевелил, чтобы хоть как-то попытаться разрулить эту ситуацию. Так было бы всем в деревне проще.

— Это что, шутка? — изогнул бровь Гаранин, отстраняя от себя папку с делом.

— Какие могут быть шутки? — без тени улыбки ответил Державин. — Если вас интересует, откуда взялась такая сумма штрафа, то это вполне объяснимо, и все документы, чеки и всё, что касается материальной стороны вопроса, приложены к документам.

— Принудительные работы сроком на триста шестьдесят дней за какой-то хренов трактор? — вспылил Гаранин, не сдерживаясь в выражениях, потирая переносицу обеими ладонями. Все документы были собраны и составлены верно, придраться ни к чему он так и не смог. Но всё это не укладывалось у него в голове.