Книга Извилистый путь, страница 77 – Илья Ангел, Алекс Ключевской

Глядя на него, я поймал себя на мысли, что за пять лет, прошедшие с момента нашей первой встречи, он совсем не изменился, как и все остальные жители Двух Дубков, включая Гаврюшу. Очень интересное наблюдение, надо его запомнить.

— Александр Николаевич, добрый день.

— Дмитрий Александрович! Какими судьбами? — он пожал мою руку, бросая при этом недовольные взгляды в сторону Ванды.

— Да вот, решил отпуск здесь у вас провести. Природа чудесная, просто отдых для тела и головы, — улыбнулся я.

— Да, природа у нас прекрасная, — осторожно согласился Державин. — Но ведь это не всё?

— Нет, не всё. Здесь проводится официальное расследование, которому вы по какой-то причине препятствуете, — холодно ответил я, прекращая улыбаться. — Я не рядовой сотрудник Службы Безопасности, а офицер, и мне особого разрешения для запроса подобных материалов не требуется. Поэтому подготовьте, пожалуйста, все имеющиеся дела, непосредственно касающиеся безвременной гибели ваших казначеев.

— Вы же знаете, что эти дела… — попытался что-то возразить Александр Николаевич.

— Я знаю, — резко прервал я старосту. — И я также знаю, что все эти дела аккуратно заполнены и подклеены в отдельные папочки. Думаю, часа вам хватит, чтобы доставить их в нашу комнату. Какая, кстати, комната?

— Триста восьмая, — ответила Ванда, поднимаясь на ноги. Значит, подруга не изменяла своим привычкам и снимала постоянно тот самый номер, с которого начались наши приключения в Двух Дубках во время практики после первого курса.

— В триста восьмой номер, — повторил я опешившему Державину, привыкшему разговаривать с Дмитрием Наумовым, а не с офицером Службы Безопасности.

Нарушив собственные принципы, я поймал его взгляд и нырнул в разум, чтобы уже, наконец, разобраться с тем, что он скрывает и почему так откровенно не хочет, чтобы мы занимались этим делом. Точнее, я попытался проникнуть в его разум, сразу же наткнувшись на яркую, светящуюся золотым ярким светом стену. Меня буквально вынесло из головы старосты, вызвав острую, но тут же прошедшую мигрень.

— Я так понимаю, господин Гаранин не относится к сотрудникам Службы Безопасности, — похоже, Державин даже не заметил моего вмешательства, а я, как мог, старался показать, что ничего экстраординарного только что не случилось.

— Он является стажёром и находится здесь под моей ответственностью. Пятьдесят восемь минут, — я встал, подхватил свою куртку и, не глядя на удивлённого Ромку, направился к лестнице, чтобы подняться на третий этаж. Как же я ненавижу эту деревню, кто бы знал.

Любое расследование таких растянутых во времени преступлений, как те, что происходили в Двух Дубках с казначеями, необходимо было начинать с определения так называемой точки отсчёта. Нужно было точно выяснить, кто был тем первым неудачливым казначеем, обсчитавшим какого-то лесоруба на семь золотых рублей, и с которого началась эта странная круговерть казначеев в природе.

Это было легче сказать, чем сделать. Александр Николаевич, как я и подумал ранее внизу, явно препятствовал расследованию, потому что притащил папки с описаниями всех преступлений, совершённых в Двух Дубках со времён основания этой проклятой деревни.

— Что это? — я ткнул пальцем в восемь огромных коробок, которые в сопровождении самого Державина занесли в наш номер помощники старосты и составили на полу.