Книга Извилистый путь, страница 31 – Илья Ангел, Алекс Ключевской

* * *

— Чисто, можете входить, — из здания, возле входа в которое я стоял в сопровождении следователя, вышел Андрей и кивнул мне. — Ванда была здесь, выглядела не очень, я отправил её с Ромой отсюда. Всего внутри девять человек, все наёмники из других государств. Обезврежены.

— Марк Левин? — коротко спросил я, входя в помещение огромного пустующего склада, следуя за капитаном Бобровым. Я не мог сдержать облегчения, когда услышал про Ванду. Даже злость на «Волков», оставивших меня снаружи, мотивировав это тем, что офицеру СБ при штурме внутри делать нечего, ушла.

— В тесном кругу задержанных, — отчитался Бобров, открывая дверь и первым спускаясь по лестнице.

— А что я всё-таки здесь делаю? — неуверенно спросил Анатолий Рыжов. Его ко мне приставил Громов, согласовав операцию по освобождению заложника и задержанию преступников.

— Ты же следователь, — ответил я, спускаясь вниз. — Вся бумажная волокита будет висеть на тебе. Я офицер и оперативник, чтобы вы все не думали о моей универсальности.

Спустившись по лестнице, мы прошли через небольшой коридор и оказались в просторном пустом помещении, где в центре на коленях с сомкнутыми за спиной руками расположились задержанные «волками» наёмники. Меня качнуло, и в голове сразу же зашумело. В груди начало печь, а к горлу подкатил ком.

— Кто умер? — тихо спросил я у повернувшегося ко мне Боброва.

— Иннар Каллас, эстонский подданный, состоящий в группе Левина, — чётко ответил Андрей. — Это не моих рук дело. Он был уже мёртв, когда мы пошли на штурм. Ванда постаралась. Пыталась выбраться самостоятельно, и это у неё практически получилось.

— Ясно, — вытерев пот со лба, тихо проговорил я. — Где Левин?

— Встать! — один из ребят Андрея обратился к наёмнику, стоявшему на коленях прямо напротив меня. Лет тридцати, чёрные волосы, и, несмотря на довольно молодой возраст, с проседью на висках. Наглый взгляд тёмных глаз впился в меня, а губы скривились в усмешке.

— Наумов, СБ, — представился я, садясь на подготовленный для меня стул. Левина усадили напротив меня. Он вальяжно растёкся на стуле, глядя на меня с нескрываемым пренебрежением. — Ну, рассказывайте, господин Левин, что вас занесло в наши края? — спокойно произнёс я, ловя его взгляд и тут же погружаясь в его разум.

Если какая-то защита у него в голове и была, то я её не заметил, прорываясь внутрь с элегантностью тарана. Всё-таки работать тонкими нитями при переполненном источнике не так-то просто. Я взял себя в руки и уменьшил воздействие, хотя, как мне показалось, этого грубого вмешательства наёмник даже не заметил.

— Зачем мне что-то рассказывать? — скривился он. — Вы всё равно ничего мне не сделаете. Меня разыскивает международная ассамблея, которая и будет меня судить…

— Ошибаетесь, — проворковал я, мило улыбаясь, начиная бегло просматривать воспоминания, расположенные в его голове в каком-то странном хаотичном порядке, даже без намёка на систему. — Вы обвиняетесь в похищении сотрудника Государственной Службы Безопасности Российской Республики, а также в террористическом акте на территории этой страны. Судить вас будут здесь за преступления совершенные на этой территории, и по нашим законам.

— Так даже лучше. С вашим продажным судом и прогнившим насквозь правительством я готов поспорить, что отделаюсь лёгким испугом и несколькими годами заключения, — он наклонился ко мне, всё ещё не прерывая зрительного контакта. — Но это мне светит, если я буду держать язык за зубами.