Книга Извилистый путь, страница 13 – Илья Ангел, Алекс Ключевской

— Рома…

— Тебя не было в том подвале. Ты даже представить не можешь, в каких условиях её держали. И я не могу не думать о том, что с ней могут делать. Я, привыкший к боли с раннего детства, не выдержал и месяца, сломавшись в более комфортабельных условиях.

— Не накручивай себя, мы ничего не знаем, — раздался треск, и я с удивлением посмотрел на обломки карандаша, который непонятно, каким образом оказался у меня в руке.

— Я не могу бездействовать, но совершенно не знаю, что ещё могу сделать, — продолжал говорить Ромка, глядя на меня в упор светлыми глазами.

— Я…

— Ага, я так и думал, что вы все здесь, — в комнату ворвался Лео, обводя её заинтересованным взглядом.

— Что ты-то здесь делаешь? — вырвалось у меня. — И как ты вошёл?

— Мне открыла дверь твоя очаровательная подруга, — ответил Лео, махнув рукой, а я пристально посмотрел на Лену, вошедшую в этот момент в комнату с подносом, на котором были расставлены кружки. — Я хочу помочь своим друзьям. Правда, не знаю, чем. Но я чувствую, что должен быть причастен ко всему этому. Хотя бы морально. Могли бы и сразу сказать, что случилось. Почему я узнаю обо всём, что творится у меня дома, самым последним?

— Лео, ты… — я только отмахнулся, покачав головой.

— Чай с мятой, — проговорила Лена, составляя кружки на стол. — Вам нужно немного успокоиться, он поможет, — она посмотрела на меня и, ободряюще улыбнувшись, вышла из комнаты, оставив нас в чисто мужской компании.

— Да, успокоиться нам не помешает, — я взял в руки кружку с ароматным напитком, делая глоток. Лео тем временем подошёл к столу и, покрутив в руках одну из книжек, бросил её на стол, хватая дневник Ванды.

— Кто такой Кляйн? — спросил Демидов, поднимая на меня глаза. — Это наш министр внутренних дел? — деловито уточнил он, а я поперхнулся горячим чаем, выхватывая дневник из рук Лео.

— Ты знаешь, что здесь написано? — вырвалось у меня, когда я внимательно посмотрел на страницу, в которой, кроме каких-то палочек и странных символов, ничего не увидел.

— Это обычная стенография, — поморщился Лео.

— Мы изначально знали, что это стенография, — процедил я. — Но прочитать её у нас не получилось, поэтому решили, что это какой-то код.

— Это стенограмма на польском. Правда, какой-то диалект, я в этом не силён, поэтому половину не могу разобрать. Но первая фраза весьма трогательная, пробирает до слёз: «Гаранин, детский дом, почему его не убили⁈» Похоже, Вишневецкая была немного расстроена, когда это писала, — задумчиво пробормотал он, выдёргивая у меня из рук дневник и открывая его на первой странице.

— Откуда ты знаешь, что это стенограмма на польском? — прямо спросил у него Ромка, а я в это время думал над тем, кого мне убивать первым из отдела шифровки.

— У меня треть бизнеса в Польше находится. Начальник моей службы безопасности присылает мне отчёты в подобной форме. Не знаю, чем он руководствуется, но мне пришлось выучить не только польский, но и эти каракули, — и Демидов закатил глаза.

— Та-а-к, вы здесь развлекайтесь, а у меня появились очень неотложные дела, — проговорил я скороговоркой, вновь выхватывая у Лео дневник и сразу же перемещаясь в здание СБ с помощью портала, сделанного из обломка карандаша.

Я ворвался в криптоаналитический отдел Службы Безопасности, расположившийся в двух кабинетах на втором этаже головного здания. Несмотря на то, что день был в самом разгаре, никого из сотрудников на местах не было, кроме одиноко сидевшего паренька-стажёра, корпящего над какими-то бумагами.