Книга Безумный путь, страница 29 – Илья Ангел, Алекс Ключевской

— Ты уже давно мог понять, что я Тёмный. Ещё в школе, когда у меня ничего не получилось с магией, всё-таки вектор направления силы немного другой, — ответил я, вытягивая руку в ожидании, когда он положит туда артефакт Эда.

— Мог бы давно просто сказать, — сквозь зубы процедил Ромка, рывком снимая с себя кольцо и бережно вкладывая его мне на ладонь. — Ты понимаешь, что тогда бы многое изменилось? Например, я бы не переживал за всех вас, когда вышел из Рода, а мой любящий отец пригрозил тебя с Вэн очень жестоко убить.

— Да ты вечно от нас бегал и пропадал на годы! — воскликнул я, сжимая перстень с изображением морды волка в кулаке. Призвав дар, стал напитывать накопитель голой силой. — Как бы я тебе хоть что-нибудь сказал, если ты ни разу не выслушал до конца ни меня, ни Ванду. Каким она вообще образом с тобой недавно связалась? Вычислила, где ты находишься, привязала к стулу и заставила слушать?

— Позвонила с незнакомого номера, — он откинулся на спинку кресла и закрыл глаза. — Хотя, наверное, твой вариант тоже смог бы сработать. Лео знает? — распахнув глаза он повернулся ко мне.

— Разумеется, но он обещал хранить это в тайне, и, судя по всему, слово своё сдержал, — ответил я, продолжая работать с артефактом.

— Эдуард тоже Тёмный? — Роман криво усмехнулся.

— А ты как думаешь, если он мой брат по биологическому отцу? — я только головой покачал, не глядя на него.

— Занятно, — хмыкнул он. — Слушай, а ты, случайно, не хочешь немного подработать и порулить второй Гильдией? — я покосился на него, стараясь понять, насколько у него с головой всё плохо и нужно ли искать хорошего психиатра. Рома, усмехнувшись, покачал головой. — Ну, я не мог не спросить. Сам же понимаешь, сильнее меня только тёмные маги. А кто ещё Тёмный из наших общих знакомых?

— Кто тебя хотя бы немного глушит? — прямо спросил я.

— Ты, Вэн, Лео, Гвэйн и Троицкий, — уверенно проговорил он. — Но Лео точно не Тёмный, как и Вэн, с ней вообще всё не так, как с тобой.

— Лео да, не Тёмный, у него просто есть тёмная нить, доставшаяся Демидовым от Великой Княжны Вероники. С Вандой ты должен сам разобраться, хотя бы поговорить нормально. Гвэйн — это отдельный разговор. Там всё очень сложно. А вот Троицкий — да. Темнее только Лазаревы, — фыркнул я.

Немного подумав, всё же не решился раскрыть Гаранину своё истинное происхождение. Как бы я ни называл его своим другом, но за последние годы мы друг от друга очень сильно отдалились. Если что-то изменится, то я сразу же раскроюсь перед ним. А пока информации о том, что я Тёмный, ему должно хватить на некоторое время для раздумий.

Я разжал кулак, чувствуя, что немного перестарался, вбухав в артефакт чуть ли не треть своего резерва. От перстня так фонило тьмой, что даже мне стало немного не по себе. И ведь не заберёшь оттуда ни капли. Ладно, на дольше хватит. Сомневаюсь, что даже после нашей сегодняшней встречи что-то изменится, и он станет частым гостем в моём доме. Хоть в ежедневник вноси: раз в полгода найти этого барана и подзарядить ему перстень!

— Держи, — я протянул ему заряженный артефакт. Рома настороженно посмотрел на перстень, аккуратно взял в руку и надел на палец. Выдохнул и приложил ладонь ко лбу, просидев так несколько минут, ни разу не пошевелившись. — С тобой всё в порядке? — я притронулся к Ромкиному плечу, привлекая его внимание.