Книга Осознанный путь, страница 26 – Илья Ангел, Алекс Ключевской

— Я всё сделаю. Хочу напомнить, что покупки, сделанные в течение последнего месяца, по законам Фландрии можно аннулировать. — Гомельский даже для приличия не скрывал своей радости.

— Делайте всё, что считаете нужным, — сказал я и отключился.

— Ты не посмеешь, — проговорила мать, сжав кулаки.

— Я уже это сделал. Хочешь жить как раньше? Возвращайся сюда и живи со мной, если, конечно, всё ещё считаешь себя моей семьёй. Кормить и купать в роскоши незнакомого мне мужика я больше не собираюсь. Тем более что купленного тобой хватит на всю оставшуюся жизнь, — отрезал я. Перегнул ли я палку? Нет. Это нужно было сделать уже давно.

— Дима, прости, что отвлекаю, — в гостиную заглянула Ванда и окликнула меня, не глядя на мою мать. — Тебе звонит Рома. Мы сейчас в библиотеке, так что, если хочешь поговорить с ним наедине, то…

— Я понял, Ванда. — Ответив подруге я повернулся к матери. — Это очень важный звонок, который я не могу проигнорировать, благодаря тебе и твоей неприязни ко всему, что касалось моего отца. Да, можешь смело уезжать, считай, что я с тобой попрощался, — бросил я застывшей на одном месте матери и вышел из гостиной, направляясь в библиотеку.

Я не собирался идти в кабинет или в какую-нибудь другую комнату, чтобы поговорить с Ромкой, а потом пересказывать наш разговор несколько раз. Поэтому направился прямиком в библиотеку. Ванда зашла следом за мной и аккуратно прикрыла дверь. После чего встала рядом с Егором, который на одном из столов что-то чертил на листе бумаги. Рокотов с остальными волками стояли в стороне, негромко переговариваясь. Как только я вошёл, разговоры сразу стихли.

— А где Громов? — обведя всех напряженным взглядом, поинтересовался я.

— Отбыл по важным делам. Он не знал, сколько продлится твоя встреча с матерью и решил больше не задерживаться, — ответил за всех Эдуард. Он как обычно стоял возле окна, заложив за спину руки. Стоял очень прямо, гордо вскинув голову. — Судя по всему, разговор у вас не задался.

— Зато мы всё наконец выяснили без недомолвок и увиливаний, — я направился к столу, на котором стоял телефон.

Чувствовал ли я что-то большее, чем обиду? Нет, вряд ли. Меня даже совесть не мучила за то, что я так поступил. Что это? Взрослею? Или уже свыкся с тем, что она больше не является частью моей жизни? А ведь если разобраться, то и не являлась никогда. Рядом всегда были Саша и крёстный. Мать появлялась периодически. Она даже не интересовалась, где я пропадал целыми днями, когда связался с бандой Быка. Даже Громова это больше интересовало, чем её.

— Хочу напомнить, Дмитрий Александрович, что вас на линии ожидает господин Гаранин. — В библиотеку совершенно бесшумно зашёл дворецкий, отвлекая меня от размышлений. — Вас соединить здесь или вы пройдёте в кабинет, и звонок перевести туда? — Николай подошёл к столу, у которого я стоял, снял трубку и нажал пару кнопок.

Телефоны все в доме были новенькие и присутствовали теперь во всех комнатах. И даже номера имели разные, чтобы не создавать путаницы и избегать подслушивания. Так что в разбитой в хлам гостиной внезапно обнаружился ещё один плюс.

— Здесь конечно. Я же не просто так сюда пришёл, — я забрал трубку и нажал на вызов, тут же переключаясь на громкий звук. — Рома?