Книга Выбор пути, страница 98 – Илья Ангел, Алекс Ключевской

— Да, наверное, ты прав, – что-то прикинув, ответила Ванда. – Но наша главная цель – это всё-таки наладить контакт с главой убийц. А его всё нет и нет. И где он шляется? – проговорила Ванда себе под нос. – Пока этот красавец не явился, нам отсюда не выбраться. – Она в очередной раз бросила взгляд на ложу нищих, где в это самое время Роман и Варис о чём-то разговаривали.

— Может, у главного угонщика спросим? – предложил я. – Он-то наверняка должен его знать.

— И сразу же сдадим себя с потрохами. Давай ещё немного осмотримся. Я здесь пару девчонок видела. Они на старших курсах на Втором учились. Пойду, поздороваюсь, может, там, что узнаю. – Ванда в очередной раз одёрнула коротенькую юбку и, нацепив на лицо практически естественную улыбку, подошла к небольшой группке из десяти человек.

— Я её даже не узнал сначала, пока ты её по имени не назвал. Практика всё-таки принесла свои плоды. Из гадкого утёнка Вишневецкая в самого настоящего лебедя превратилась. А потом мне говорят, что деньги не делают человека краше и счастливее, – ко мне подошёл Романов, однокурсник Гаранина с Первого факультета. Он что-то пил из бутылки без этикетки. При этом Романов обращался явно ко мне, не сводя весьма одобрительного взгляда с Ванды.

Вместе с ним, вцепившись в его руку мёртвой хваткой, ко мне подошла девушка. Я узнал в ней старшекурсницу с Первого факультета. Именно она была тогда в коридоре с Романом, когда на них из лаборатории выскочил Гвэйн.

— Это была констатация всеми давно обсусоленного со всех сторон факта, или твои слова имели какое-то другое значение? – я посмотрел на Романова, пытаясь понять, зачем он ко мне подошёл. У него есть ко мне дело, или ему Ванду сильно обсудить захотелось?

— Ты бы был поосторожнее с ней, Дима. Девочка явно не промах, несмотря на свой возраст, – хмыкнула спутница Романова, бросая не слишком дружелюбный взгляд в сторону Ванды. – Сначала Гаранина к себе привязала, да так, что тот совсем мозги растерял, и больше ни с кем не встречался. Всё с этой малолеткой по коридорам шатался, да в пустых классах запирался. А ведь Вандочка тогда ещё на первом курсе училась, и больше невинных поцелуев в щёчку Ромочке ничего не перепадало. Контроль, такой Контроль, – она рассмеялась. – А как только Гаранин на дно пошёл, эта пай-девочка за тебя взялась. Распределение на практику было самым удачным, что произошло в её жизни. Попасть в тройку с Наумовым, предел мечтаний для амбициозных девиц. Нет ничего более коварного, чем девица, жадная до денег.

— А ты не по себе ли судишь, Машенька? Или до сих пор не можешь какой-то малолетке простить, что та Гаранина у тебя буквально из-под носа увела? – спросил я, сладко улыбаясь.

— Что ты, Димочка, вот прямо сейчас я ей безумно за это благодарна. – И Мария снова рассмеялась.

— Тогда зачем ты мне всё это говоришь? – Всё-таки людей, верящих тому, что пишут в газетах, как-то слишком много. С другой стороны, мы действительно со стороны казались парой, чего уж тут.

— Просто предупреждаю, чтобы потом не было мучительно больно, – Маша ласково улыбнулась.

— А я смотрю, у вас здесь своеобразный вечер встречи выпускников получается. Ты, Романов, Штейн, и да, Гаранин. Кто ещё с нашего факультета и вашего курса здесь ошивается? – я не удержался от этого вопроса.