Книга Перепутье, страница 95 – Илья Ангел, Алекс Ключевской

— А ты откуда знаешь? Личный опыт? – хмыкнул Полянский, которого я видел второй раз за все эти недели. Первый раз произошёл на уроке у Бурмистровой.

— Угу, случайно услышал, как тебе так один маньяк говорил. Там было что-то ещё про возможное удовольствие, – огрызнулся я.

— Я слышал, что ты тоже на практике огонь вызвал, – внезапно нервно сказал Полянский, проигнорировав мою шпильку.

— Да, только я сам не понял, что именно смог вызвать. Я тогда был очень занят, чтобы что-то понимать.

— И чем же ты был занят? – он посмотрел на меня с любопытством. Что-то после практики в нём изменилось. Вся озлобленность и враждебность ушли, оставляя место какому-то смятению. Кстати, его дружков я поблизости не видел. Неужели у них случился какой-то конфликт? Или они, как и Ванда с Егором, ещё не успели вернуться с занятий, хотя время уже близилось к ужину.

— Сидел на дереве и трясся от ужаса, а под деревом в это время ходил огромный разъярённый бычара с во-о-от такими рогами, – я попытался показать размер рогов, разведя руки в стороны, отвлекаясь от размышлений по поводу изменившегося поведения Полянского.

— А что в это время Дубов с Вишневецкой делали? – раздался чей-то весёлый голос. Я повернулся и посмотрел на говорящего. Это был какой-то старшекурсник, но его имени я не знал.

— На соседних ветках сидели, – я пожал плечами и сел на скрипнувший диван.

Со всех сторон раздался беззлобный смех. А Меркулов, смеясь, спросил:

— А как вы на дерево залезли?

— Очень быстро, – мой ответ вызвал ещё больший шквал смеха.

— Практика действительно была занимательной, – улыбнувшись, произнёс староста. – Не расстраивайся, в подобных ситуациях оказались практически все. Но на деревьях никто не сидел. Говорил же, занятия боевой магией и физической подготовкой может спасти жизнь, – назидательно проговорил Меркулов, обращаясь к группке, заинтересовано слушающих нас первокурсников.

Они единственные, кто не смеялись. Видимо, их вгоняли в панику рассказы о практике, вон, какими огромными глазами на меня смотрят.

— У меня завтра стоит занятие по огненной магии, – закусив губу, проговорил Полянский. Он не смеялся. Вообще, складывалось впечатление, что новые возможности его не радуют, а пугают до смерти. – Первое занятие.

— Да, у меня тоже.

— А почему так долго ждали? Почему сейчас только первое занятие?

— Я-то откуда знаю? – я удивлённо посмотрел на Дениса, который зачем-то уселся рядом со мной. – Наверное, ждали, пока мы научимся, как следует себя контролировать и дозировать свои силы. Отодвинься от меня, – я отшатнулся, закрыв рот рукой. В гостиной мгновенно воцарилась тишина. – Я ещё нестабилен. Меня выводят из равновесия прикосновения, – решил пояснить я свою, мягко говоря, неадекватную реакцию. – Я… когда мой отец… в общем, я сорвался, и это было на самом деле страшно, – прошептал я, борясь с дурнотой.

— Извини, я не знал, – Полянский отодвинулся от меня и сложил руки на коленях.

— Ты, случайно, не заболел? – я почувствовал некоторое облегчение и теперь с удивлением рассматривал своего недавнего недруга.

— Я тоже сорвался, тогда на практике… когда я огнём… и это тоже было страшно. Как ты справляешься? – я присмотрелся к нему: по бледной щеке с виска пробежала капелька пота.

— Мне помогает полковник Рокотов. Он умеет так построить чисто физические тренировки, что они позволяют мозгу отключиться и не реагировать на окружающую действительность.