Книга Неведомый путь, страница 101 – Илья Ангел, Алекс Ключевской

— О, да. Для Казимира аспирин — это было очень актуально, — буквально выплюнул я, а Григорий внезапно нахмурился, что-то обдумывая. — Ладно, последний вопрос, и я пойду на медитацию. В этой библиотеке есть что-то про Родовые проклятья?

— Родовые проклятья? От кого ты защищаться вздумал? — Лазарев всё ещё хмурился. — Ты же знаешь, что защиты от Родовых проклятий нет, даже для Тёмных. Я имею в виду от вновь созданных. От тех, которые были неизвестны Семье в то время, когда писались книги, представленные здесь.

— Да ни от кого мне не надо защищаться, просто для расширения кругозора, — быстро ответил я.

— Для расширения кругозора Камасутру читают, а это не настольная книга. Но полезная, да, полезная, — он хмыкнул и подлетел к стеллажам, начав задумчиво рассматривать книги. Потом повернулся ко мне и ткнул пальцем в один из старинных фолиантов.

— Вот. Самая лучшая. Но могла сильно устареть. Хотя базовые понятия и изначальные Родовые прописаны. На их основе создаются новые проклятья в большинстве случаев. Правда, некоторых Родов уже при мне не было.

Я встал, вытащил книгу, протёр с неё пыль и направился к выходу. Обернувшись, я кивком попрощался с предком, надеясь, что это была не последняя наша встреча.

Зайдя в виварий, я открыл клетку и махнул Гвэйну рукой на выход. Оборотень так удивился, что сел на хвост и долго смотрел на меня круглыми глазами, высунув при этом язык.

— Ну что сидишь? Выходи, пока крёстный не передумал и не издал экстренно какой-нибудь подпункт в Уставе школы, запрещающий приводить оборотней недоделанных в его школу.

Гвэйн поднялся на лапы, подошёл ко мне и неуверенно махнул хвостом. Я потрепал его по лобастой голове и направился к порталу. Увидев мерцающую пелену, волк попятился.

— Ты чего? — я удивлённо посмотрел на него. — Не ломайся, это всего лишь портал, или в твоё время таких уже не делали? Или ещё не делали?

Волк задумался. Нет, он на самом деле задумался. Чёрт подери, он что, помнит что-то из своей человеческой жизни? Я, нахмурившись, наблюдал за белоснежным красавцем, а он с задумчивым видом изучал портал. Потом он принял какое-то решение и решительно в два прыжка достиг границы мерцания, на мгновение замер и нырнул в проход.

Я бросился за ним следом. Как даже на мгновение мне пришло в голову, что в этом животном что-то осталось от человека? Вот идиот.

Спешил я не зря. Как только я выскочил в общий коридор, как услышал девчачий визг и завывание волка.

Бросившись на звук, я застал просто потрясающую картину. Огромный белоснежный волк стоял посреди коридора и рычал. При этом он так сильно распушился, что напоминал меховой шар. Подбежав поближе, я увидел, что у стены стоит бледный Гаранин и закрывает собой какую-то очередную красотку. Нормально он стресс снимает. Особо не горюет по своей загубленной холостяцкой молодости.

Внезапно Роман крутанул рукой, неразборчиво пробормотав заклятье, и в сторону Гвэйна полетел серый сгусток, на лету трансформирующийся в серебристую стрелу. Круто! Я тоже так хочу. На мгновение я даже остановился, а потом до меня дошло, что моего Гвэйна пытаются банально замочить!

Стрела долетела до волка в то же мгновение, когда я до него добежал, с трудом переводя дыхание.

То, что произошло потом, заставило меня надолго задуматься о природе происхождения оборотня, потому что мощнейшее боевое заклинание просто распалось, когда коснулось белоснежной шерсти.