Книга Мастер печатей. Том 3, страница 46 – Илья Ангел

— Да, хочу увидеть, что он из себя представляет. Расскажешь про него? — попросил я, глядя на задумавшегося Сапсанова.

— Я не снимал его до своего восемнадцатилетия. Мне было пять, когда умерла мама, но я помню, как она постоянно повторяла, чтобы этот странный медальон я ни в коем случае не снимал, иначе мне грозит смерть. Когда придет время, он сам спадет с моей шеи. Звучало это довольно зловеще, особенно для маленького ребенка, поэтому я запомнил ее наставления. Во время инициации и пробуждения дара, в груди возникла сильная боль, которая тут же прошла вместе с тем, как засиял камень и начал пульсировать, обжигая кожу. Несмотря на сохраняющийся дискомфорт, я не рискнул его снимать, но зачарованная цепь, на которой он висел, на следующий день разорвалась, хотя чары были направлены как раз на предотвращение подобных эксцессов. — Он поднялся на ноги и подошел к одному из сейфов в центре кабинета, открывая его родовым перстнем. Андрей достал небольшую коробку из камня с рунами и письменами на крышке, напоминающие те, которые я достал из сейфа Иглобрюхова. Надо бы их открыть и уже наконец посмотреть, что граф так тщательно оберегал. — Не знаю, зачем отец его сохранил, но он вызывает у меня жуткий страх и тревогу, когда я к нему не то, что прикасаюсь, но даже когда нахожусь рядом, хотя я носил его практически всю свою жизнь.

Андрей протянул мне коробку, с которой я снял крышку и извлек обсуждаемый медальон. Осколок фиолетового макра ярко сиял, излучая свет, который погрузил треть комнаты в полумрак. Я ощущал распространяющуюся от медальона ауру, точно такую же, что исходила от демона тени, и которую ощущал в его мире во время инициации Леры. Сила тоже была сконцентрирована в нем нешуточная, от которой моя собственная магия тени пробудилась и вынырнула из источника, разливаясь по телу, словно откликаясь на зов, который мне не был слышен. Положив макр обратно в шкатулку, я закрыл крышку, и наваждение тут же пропало.

— Говорю же, жутко становится. Видимо, отец с ним что-то сделал, после того, как забрал его у меня, — пожал он плечами. — Я хотел избавиться от него, как будет время, но все руки не доходили, поэтому и спрятал его в сейфе от посторонних глаз. Все же, думаю, такая вещь не должна попасть не в те руки, чем бы она не являлась.

— Я могу его забрать? — не надеясь на положительный ответ, спросил я. Конечно, могу ошибаться, но похоже этот артефакт каким-то непостижимым образом запечатал чистую энергию дара тени Андрея. Еще бы знать, можно ли ее применить на благое дело или действительно лучше уничтожить, чтобы никому не навредить.

— Серьезно? Этим ты окажешь мне услугу, избавив от этой жути. Только, надеюсь, потом расскажешь, зачем он тебе понадобился, — махнул он рукой, когда в дверь раздался требовательный стук. Сняв все наложенные печати, я отворил дверь, натыкаясь на стоявшую на пороге расстроенную Валерию.

— Так и думала, что ты здесь, — грустно улыбнулась она. — Ничего не нашла, пусто, — развела она руки в стороны. — Нужно будет еще порыться в библиотеке и в комнате отца, но мне кажется это все бесполезно.

— Пошли домой, — приобнял ее за плечи, выводя в коридор, пропуская уже успевших заскучать слуг, прохлаждающихся возле двери.

Мы доехали до особняка. По дороге я рассказал то, что вычитал в дневнике и откуда узнал о книге теней. Заодно понял причину, по которой она не осталась при разговоре со Светланой. Она была на нее настолько зла и винила ее в покушении на меня и вообще во всех смертных грехах, что едва сдерживала рвущуюся наружу силу, с которой даже не справлялся артефакт у нее на пальце.