Книга Манулов, прекрати!, страница 58 – Илья Ангел

— Петька! — я вздрогнул от звонкого голоса, раздавшегося у меня под ухом. Я даже не заметил, как задремал, но зато теперь чувствовал себя просто великолепно.

Я вышел из автомобиля следом за вылетевшей из него Дианой. Она бросилась на шею парню, который обнял ее, крепко прижимая к себе.

Петр был похож на Диану. Такие же светлые волосы, зеленые глаза. Только был выше и шире в плечах, сразу было заметно, что он не гнушался физического труда и тренировками. Как они вообще с Денисовым дружили, было не совсем понятно.

— Костя! — он, увидев меня, крепко пожал мне руку, довольно искренне улыбаясь добродушной улыбкой.

— Привет, — я кивнул ему, поворачивая голову в сторону недовольного Шмелева, который чеканя каждый шаг, двигался в нашу сторону.

— Потом пообщаетесь. Прибыл наблюдатель из Норильской академии, хотя я понятия не имею, как он добрался сюда так быстро. Через десять минут вас ждут в комнате распределения, — процедил он, нахмурившись. Таким злым и раздраженным я его еще не видел. Хотелось бы знать, что именно стало причиной такого плохого расположения духа.

— Сейчас? — переспросил я, оглядывая внутренний двор училища. Серое трехэтажное неприметное здание. Если бы не знал, куда именно нас привезли, то даже не заострил бы своего внимания.

— Нет, на третьи сутки после полнолуния. Зайдете с черного входа, постучавшись пять раз и дважды подпрыгнув на левой ноге. Конечно сейчас, или вы зачем-то другим прибыли в училище до начала учебного года? — ехидно спросил граф, разворачиваясь в сторону входа, расположенного в центре здания.

— Вы что-нибудь понимаете? — спросил Петр, когда мы неуверенно двинулись следом за Шмелевым. Я отрицательно покачал головой. Как-то быстро и стремительно начали развиваться события. И мне это казалось довольно подозрительный, вкупе с таким явно избыточным интересом окружающих к обычным сиротам.

Внутри здание было так же ничем не примечательным. Серые коридоры, с учебными комнатами на этажах. Комната распределения, о которой говорил Шмелев находилась на втором этаже в конце длинного коридора.

Небольшое пустое помещение, кроме стола в самом дальнем конце зала, за которым сидела женщина, изучающая какие-то бумаги, да пирамида, напоминающая ту, что была у Выдрова в сиротском доме, только размерами больше, включая кристалл, располагающийся на ее вершине.

— Чуть не опоздал, — двери за нами с грохотом распахнулись, и в комнату вошел мужчина с стильном дорогом черном костюме, начищенных до блеска ботинках и с тростью, которую он просто держал в руках, не используя ее по назначению. Я только взглянул на его лощёное лицо, как сразу понял, кто именно почтил нас своим присутствием. Дети графа Сапсанова были очень сильно похожи на отца, вот только боль и страдания скрывали надменность на их лицах. Хотя, есть вероятность, что до этого состояния они просто еще не доросли. Возле комнаты остались несколько охранников, которых Сапсанов остановил властным жестом руки, не позволяя зайти за ним внутрь. Граф встал недалеко от стола, рядом с женщиной, которая смотрела на вошедшего совершенно безэмоционально, собственно, как и на всех остальных. Сапсанов же в это время, изучающе смотрел на меня. Как будто уже подсчитывал дивиденды, которые он может с меня получить. С детства терпеть не мог таких людей. Я уже хотел было плюнуть на все и заявить о том, что остаюсь в училище, и ничьи подачки мне были не нужны, как Шмелев довольно тихо проговорил: