Книга Охотник, страница 91 – Илья Ангел

— И зачем ты его убил? — Поморщился Роман, подходя к статуе, постучав по ней пальцем. — Мы даже допросить его не успели.

— Он жив. Ты что не слышишь его сердцебиение? — Отмахнулся я от него, разглядываю коробку, к которой тянулся толстяк. — Не знаешь, что это? — Я ткнул пальцем в изучаемый мною предмет, не стремясь прикасаться к нему голыми руками.

— Одноразовый телепорт, смыться решил, урод. — Роман, в отличие от меня, не стал медлить, и схватил со стола коробку, тут же сунув ее в карман. — Будем считать, что это моя часть трофеев, — ответил он мне, хотя я ни о чем его не спрашивал. Сомнительное приобретение. Использовать без очень уж веской, даже смертельной необходимости, я бы такое не стал. А у него, пусть будет. В конце концов, думаю, он сможет его перенастроить, если попросит помочь отца.

Я подошел к статуе и прикоснулся к ледяной корке, думая, как его все же разморозить. Ну или хотя бы голову, чтобы он мог говорить и отвечать на наши вопросы. Не придумав ничего лучше, я достал из ножен клановый клинок, понимая, что вреда он мне, скорее всего, не причинит, и попытался срезать им тонкий кусок льда.

На удивление, как только его лезвие коснулось ледяного покрова, в месте соприкосновение метала со льдом тут же образовалась проталина. Хотя сам лед не таял, а словно превращался в пар, который тут же буквально втягивался в лезвие. При этом, чем больше этого пара втягивалось в нож, тем больше теплела рукоять этого странного оружия. Как интересно. Я приложил рукоять еще раз и сделал словно небольшой надрез. Действие снова повторилось, правда, на этот раз на рукояти клинка слегка засветился кристалл. Похоже на какой-то индикатор зарядки. Ну что же, совмещу приятное с полезным. Освобожу толстяка и подзаряжу родовой клинок.

Меньше минуты понадобилось, чтобы разморозить верхнюю половину тела. Оказалось, что я не замораживаю противника полностью, а погружаю того в ледяную капсулу, твердую и жутко холодную. Возможно, в последствии, человек может умереть от переохлаждения, а тварь, например, впасть в подобие анабиоза, но это воздействие не убивает противника молниеносно. В целом, такой результат мне понравился. Осталось только найти этому достойное применение и не замораживать перед этим все вокруг, выкачивая свою магическую силу почти досуха.

— О, наш снеговик оттаял, — улыбнулся Роман, показывая толстяку заметно удлинившиеся зубы.

Сам мужик переводил бегающий взгляд с меня на княжича, обхватив себя руками, стараясь хоть немного согреться, что должным образом у него не получалось сделать, потому как ниже пояса он был еще скован магическим льдом.

— Ну и кто ты? — Наконец, решил начать я допрос. — И не думай, что можешь мне врать, я это сразу пойму. И да, не делай лишний движений, не разгоняй холодную кровь по телу.

— Мне холодно, — тихо проговорил он, клацая от холода зубами. — Яйца хотя бы освободи.

— Ничего страшного. Как только поговорим, то мы тебя сразу же согреем. — Ухмыльнулся я, присаживаясь напротив него. — Но ты можешь потянуть время, или вообще заявить, что ничего не знаешь. Тогда мы тебя просто отвезем в тайную канцелярию, где ты все равно все расскажешь. Вот только мы попросим не лечить тебе отмерзшие яйца. Отмороженные они начнут болеть, гнить, из них будет всякое выливаться. Отвратительное зрелище, а уж ощущения мне и представить сложно. Ну так как?