Книга Чернобуров #2 - Таежные войны, страница 122 – Александр Майерс

Что случилось? Кто победил? Почему так резко прекратился бой?

' Демон еще жив, Георгий, — раздался в голове печальный голос Пихты. — Внизу. Его источник силы где-то в низу'.

Я молча кивнул в пустоту и поспешил в подвал. На лестнице чуть не столкнулся с Богданом и солдатами:

— Ваше сиятельство, что…

— Вниз! — приказал я.

Чутье или помощь богинь, но я точно знал, куда идти. Несколько поворотов — и мы оказались перед тяжелой дверью, запертой на крепкий замок и магическую печать. К счастью, Магорез легко справился с преградой.

Я вошел в темную комнату, посреди которой находился демонический обелиск. Он был с меня ростом, и руны на нем светились красным.

— Что?.. — изумился Богдан. — Почти как в Завденке!

Я молча подошел к обелиску. Почувствовал, как внутри него бьется раненый Темноокий. И без сомнений ударил мечом.

Руны погасли. Отрубленная часть обелиска рухнула на пол, и все его магическое излучение сразу исчезло. Передо мной остался только безжизненный камень.

Темноокий был мертв. Мы победили.

Как выяснилось, бой на подступах к поместью завершился ничьей. В пиковый момент сражения, когда Богдан и гвардейцы отключили купол, прибыл посланник от самого князя Тигрова. Он передал приказ Дмитрия Анатольевича, который требовал немедленного прекращения войны. Не битвы, а всей войны.

В чем же была причина?

Их оказалось несколько. Все, что делали мои верные люди, в сумме дало такой эффект.

Дело «Багряных палачей», которые, несмотря на запрет, участвовали в войне.

Дело об убийстве Павла Уткина — который, конечно, оставался жив, но об этом чуть позже.

Косвенные доказательства темных дел Пихтина, о которых я говорил наместнику Морошкину и самому князю.

А главное — свидетель, которого Иван и Харитон сумели-таки притащить в Красноярск.

Да, Мокруха выжил! И наш ворчливый иллюзионист тоже. Гвардеец Пихтина по имени Алексей, которого они привели, поведал много интересного. Наш лес подожгли по велению графа, и Алексей лично выполнял приказ. Уже этого хватило бы, чтобы подать в суд и выиграть.

Но было кое-что еще.

Как я всегда и подозревал, именно граф Пихтин совершил покушение на моего отца. Он лично наложил специальную печать, которая заставила автомобиль потерять управление и врезаться в стену. В той аварии погибли все — включая Георгия Чернобурова. Последний выжил лишь благодаря усилиям богини и тому, что в мертвое тело вселилась моя душа…

О последнем, конечно же, никто не знал. Но когда показания Алексея дошли до князя Тигрова, тот немедленно велел завершить войну. Не в пользу Чернобуровых, а в положении статус-кво — то есть оставить все как есть, не выясняя, кто в итоге победил. Предстояло судебное разбирательство, и вот тут уже поражение Пихтиных было очевидно. Надо было только сделать все официально.

Одним словом, мы могли праздновать победу. Завоеванную как на поле битвы, так и благодаря усилиям Кости, Аллы, Ивана и всех остальных.

Но если с внешней стороной все было понятно, то подоплека оставалась тайной. Впрочем, недолго — как только я поговорил с Молчановым и узнал все сказанное выше, меня опять призвали богини.

— Молодец, смертный, — произнесла Чернобурка, запрыгивая на свой постамент. — Хоть и с нашей помощью, но справился.

— Вот зачем вы копили столько сил, прекрасная, — сказал я. — Чтобы в нужный момент помочь мне справиться с демоном. Я прав?