Книга Иван — укротитель драконов, страница 28 – Александр Майерс, Евгения Кец

Не отвечаю и выскакиваю на улицу. Успеваю увидеть, как Сивка рвёт уздечку и скрывается в грязном переулке. Что могло её так напугать? Рядом нет никого, местные маргиналы держатся подальше от лачуги чародея. Из новых лиц — разве что эльфийка в капюшоне, со спадающей на грудь косой.

Ладно, некогда разбираться. Бросаюсь вслед за лошадью. Ещё не хватало потерять её в огромном городе!

К счастью, Сивка отыскалась быстро. Пришлось немного поплутать по трущобам, отгоняя от себя малолетних гномов-попрошаек и гоблинов-воришек. У гномиков, хоть они и были ростом по моё колено, уже росли нехилые такие бороды. Мне такую в жизни не отрастить.

Лошадь забилась в тупик и отпинывалась от бродячих собак. Те явно собирались закусить конинкой, но копыта в качестве аперитива их не устраивали. Поэтому псы не решались напасть, просто рычали и вертелись вокруг. А когда появился я и показал им меч, собаки решили, что отобедают в другом месте.

— Ты почему сбежала?! — ругаю гнедую на всю улицу. — Чего испугалась? Хорошо, что я сразу тебя нашёл! А то поймали бы и пустили на колбасу!

Сивка склоняет голову и виновато молчит. Она и не может ничего сказать, конечно, это я образно.

Возможно, лошадь не такая и разумная, как я считал. Испугалась громкого звука какого-нибудь или крысы, и дала стрекача.

— Ладно, не переживай, — говорю и тянусь погладить Сивку, но та убирает морду. Обиделась.

Закатываю глаза:

— Извини, что накричал. Пойдём. После этого гетто надо тебя почистить.

Лошадь смотрит на свои заляпанные грязью ноги и кивает. А потом красноречиво глядит на мои сапоги, которые не чище.

— Да, мне тоже надо почиститься. Заодно купим тебе овса и мяса для… нашего друга.

Завершаем все свои дела и вечером покидаем город. К Дрейку добираемся уже затемно. Угощаем его десятком жареных гусей, которых привезли. Мне тоже досталась гусятина, хлеб и сыр, а Сивка наелась овса и на закуску пощипала травки.

Ночью отправляемся в путь. Дрейк говорит, что знает направление, и что к утру будем на месте. Вот и славно. Привязав себя и Сивку к шипу на его спине, ухитряюсь даже поспать, пока летим.

Просыпаюсь от холода. Продираю глаза, протираю запотевшие полётные очки и понимаю, что мы забрались чрезвычайно высоко. Впереди, в шапке из облаков, возвышается крутая гора, с выпирающей в сторону острой скалой на вершине. Наверное, из-за этой скалы её и назвали Остроносой.

Накрываю лежащую рядом Сивку попоной, сам пью зелье защиты от холода. Скоро мы приближаемся к вершине. Дрейк кружит над ней, а потом вдруг сигает вниз.

Впивается в гору когтями и повисает на отвесном склоне, как человек-паук. Сивка ржёт с перепугу, кое-как удерживаясь на изгибах драконьей спины. Я тоже едва не упал. Верёвка могла и не выдержать такого рывка.

— Осторожнее! — кричу.

— Ой, простите, — отвечает Дрейк. — Я забыл, что вы там. Вон оно.

Смотрю вперёд и вижу перед носом дракона маленькое кривоватое деревце с голубыми листьями. Вроде и красивое, а вроде и убогое какое-то. Странные вкусы у короля русалок.

Лопату я с собой не взял, а кирку тем более — она бы точно тут пригодилась. Придётся полагаться на аккуратность огромных когтистых лапищ.

Дрейк, сложив пальцы щепотью, весьма ювелирно для своих габаритов вырезает дерево из скалы. Даже корни не повредил.