Книга Во власти Скорпиона. Враг моего врага, страница 59 – Александр Майерс, Гриша Громм

— По войне — нет, — говорит Кабанский. — Но у нас ещё есть проблемы здесь, в реальном мире. Проверки, торговые партнёры, Сипин…

— Проверками займётся Ольга, — отвечаю. — Она в Симферополе, у неё доступ к юридическим ресурсам. Составит все документы и подаст их напрямую, минуя губернаторскую канцелярию. Пусть Щеглов попробует оспорить.

— Мастер Глеб поможет с артефактами для экспедиции, — добавляет Фёдор. — Он уже согласился работать с нами.

— Правильно. И ещё одно, — делаю паузу. — Нам нужно вытащить Тильгенова-младшего из Прорвы.

Тишина. Потом — Кабанский издаёт нервный смешок, но затем его лицо краснеет, а жилка на виске начинает пульсировать.

— Спасать этого урода⁈ — взрывается Давид. — Он чуть не прихлопнул тебя! А мы теперь должны его спасать⁈

— Нам это выгодно, Давид.

— Выгодно⁈ Чем⁈

— Я поговорил с Тильгеновым-старшим. За спасение Рустема он подпишет признание вины сына, отзовёт «Косатку» из Крыма и выплатит компенсацию. Весьма существенную.

— Он согласился? — Олег явно не верит своим ушам.

— У него нет выбора. Рустем его сын. А мы — единственные, кто может его вытащить.

— Скорее всего, попытается обмануть, — говорит Пелагея, скрестив руки на груди. — Подпишет, а потом откажется от слов. Скажет — под давлением, недействительно.

— Не откажется, — качаю головой. — Потому что сначала — документы, подписи, заверение у нотариуса. А потом — экспедиция. Не раньше. Ольга составит договор так, что его не оспорит ни один суд в Империи.

Кабанский всё ещё красный, но молчит. Думает. Потом — выдыхает.

— Ладно, — говорит сквозь зубы. — Если это действительно нам выгодно — то ладно. Но если этот Рустем после спасения снова полезет…

— Тогда я отправлю его обратно в Прорву, — говорю спокойно. — И в следующий раз спасать не буду.

Кабанский хмыкает. Похоже, этот аргумент его устраивает.

— Вопросы? — обвожу всех взглядом.

Молчание, значит — вопросов нет.

— Тогда за работу, — хлопаю в ладоши. — Каждый знает своё дело. Через два дня мы должны быть готовы к наступлению.

Все расходятся. Я остаюсь в кабинете, достаю мобилет и набираю Олю.

Три гудка.

— Сева? — её голос бодрый, деловой. Она явно в рабочем режиме.

— Как добралась?

— Нормально, Толик довёз без приключений. Я уже сдала две работы. Остальное — завтра.

— Молодец. Слушай, у меня к тебе дело. Нужно составить договор с графом Тильгеновым-старшим. Официальный, юридически безупречный, с нотариальным заверением. Признание вины Рустема, отзыв «Косатки», компенсация. Я пришлю детали.

— Поняла. Сделаю. Что-то ещё?

— Ещё — документы по проверкам. Лицензия, санитарная инспекция, пожарная. Надо подать жалобы на необоснованность напрямую, минуя губернатора.

— Тоже сделаю, у меня есть контакты в канцелярии. Их Спинорогова подкинула.

Александра и тут помогла. Надо будет как-нибудь отблагодарить баронессу по-настоящему.

— Оль, — говорю мягче. — Как ты себя чувствуешь?

Короткая пауза, но я её замечаю.

— Нормально, — говорит она. Потом добавляет тише: — Я тут стою перед одной дверью. Думаю, стоит ли заходить.

Молчу секунду. Потом понимаю.

— Оля, ты уверена?

— Я должна сказать ему всё в лицо, Сева. Ради себя. Чтобы закрыть эту историю. Чтобы он знал, что я не боюсь. Что я — не жертва.

Она права, это её бой, и никто, кроме неё, не может его провести. Но…