Книга Во власти Скорпиона. Враг моего врага, страница 127 – Александр Майерс, Гриша Громм

Останавливаюсь на полшаге.

— Жив?

— Жив. Его привезли сюда. Лекарь с ним работает, состояние стабильное. Рана серьёзная, но не смертельная.

— Кто напал?

— Неизвестный. Но его задержали — люди, которых вы приставили к журналисту. Он сейчас в подвале.

— Нам точно нужна своя тюрьма, — качаю головой. — Ладно, пойдём прогуляемся, пока Иришка восстанавливается.

— С испытанием что-то пошло не так? — интересуется начальник гвардии, пока идём вниз.

— Да, но всё решаемо. Пленник заговорил?

— Тут такое дело, ваше сиятельство, — Олег замолкает на секунду. — Молот попросился к нему.

— Кто?

— Молот, господин.

Брови сами ползут вверх. Интересно девки пляшут.

— Ладно, — говорю. — Разберусь.

Спускаюсь по лестнице в подвал. Двое моих охранников стоят у двери — кивают и отходят в сторону.

За дверью — небольшая комната с голыми стенами. Лампа под потолком, стул, к которому примотан верёвкой мужчина лет тридцати — коротко стриженый, с разбитой губой и свежим синяком на скуле. А перед ним, опершись плечом о стену, стоит Молот. Руки скрещены на груди.

Молот поворачивается на звук моих шагов. Пленник тоже дёргает головой — и я замечаю, как расширяются его зрачки. Ага, видать, меня он боится ещё больше, чем Молота.

— Вася, Вася, Василий, — улыбаюсь, останавливаясь в дверном проёме. — Ты чего это? Решил на сторону добра перейти?

Молот усмехается. Разводит руками.

— Граф. Рад, что живой. А я тут старого знакомого встретил.

— О как?

— Ага, — Василий кивает на пленника. — Я знаю этого говнюка. И знаю, на кого он работает.

Пленник дёргается на стуле, верёвки скрипят.

— Заткнись, — цедит он.

— Ну-ну, — говорю, подходя ближе. — И на кого же?

— Это человек Султана.

Значит, вот кто решил убрать Ларина. Любопытно. И чем журналист помешал ему?

Подхожу к пленнику. Присаживаюсь на корточки, чтобы наши глаза оказались на одном уровне.

— Это правда? — спрашиваю спокойно.

Он смотрит на меня с ненавистью. Губа раздута, из трещинки на ней сочится кровь.

— Пошёл ты, — выплёвывает он. — Ничего не расскажу. Хоть режь.

— Ну и не надо, — пожимаю плечами и поднимаюсь. — Я всё, что хотел, уже узнал. Так что — в расход.

Пленник моргает. На долю секунды в его глазах мелькает растерянность. Он явно ждал угроз, давления, может, даже допроса с пристрастием. А получил приговор.

Активирую родовое кольцо. энергия скользит по руке, формируясь в тонкое жало на кончике указательного пальца. Быстрое движение — и жало впивается пленнику в шею.

Он тут же дёргается и хрипит. Через три секунды тело каменеет, а глаза стекленеют. Его настигает почти полный паралич.

— Вот и всё, — говорю, убирая руку. — Яд скорпиона — штука неприятная. Будешь умирать медленно и мучительно, как говорится. Сначала откажут лёгкие, потом — сердце. Часа два у тебя есть, не больше.

Пленник приоткрывает рот и быстро переводит взгляд на Молота, ища спасения. Но я делаю вид, будто не замечаю. Поворачиваюсь к Васили.:

— Кофе? — предлагаю. — Пока этот тут не окочурится. Мне тут привезли партию из-за границы.

Молот хмыкает.

— Можно и кофе.

Делаю шаг к двери. И тут пленник издаёт хриплый звук. Он мычит, выдавливая из себя слоги.

— С-с-спа… — хрипит он. — По… мо…

— Ну надо же, — слегка улыбаюсь. — И с какой стати мне тебя спасать? Что такого ты знаешь, чего не знаю я?