Книга Во власти Скорпиона. Большая игра, страница 73 – Александр Майерс, Гриша Громм

— Она сделает то, что я прикажу, — медленно произносит Сергей.

— Может, и сделает, — кивает Толик. — Но моя жена не будет ни перед кем пресмыкаться. И делать то, чего не хочет, тоже не будет. Даже если прикажет её отец.

Сергей молчит. Его взгляд становится острее. Толик чувствует, как по спине бежит холодок, но не отводит глаз.

В любом случае, граф сказал, что вытащит его в любой непонятной ситуации, но совесть и честь не позволяют ему воспользоваться доверчивостью Марии. Она не виновата, что её отец псих и готов вот так первому встречному её отдать.

— Смело, — наконец, говорит глава культа. — Или глупо.

— Может, и глупо. Но по-другому не умею, — отвечает Толик насупившись.

Сергей делает шаг вперёд. Потом ещё один. Останавливается совсем близко, почти нос к носу.

— Знаешь, Трофим, — говорит он тихо, — за последние десять лет ты первый, кто осмелился мне возразить. Все остальные кивали и соглашались.

Толик молчит, ждёт продолжения.

— Это была проверка, — Сергей неожиданно усмехается. — И ты её прошёл.

— Проверка?

— Мне не нужен зять, который будет лизать мне сапоги. Мне нужен человек, который сможет защитить мою дочь. Даже от меня, если понадобится.

Толик медленно выдыхает.

— Так что… я свободен от обязательств?

— Свободен, — кивает Сергей и протягивает руку для рукопожатия. — Но я заметил, как ты на неё смотришь. И как она на тебя.

Толик чувствует, как краска заливает щёки. Чёрт. Так себя выдать — непростительно для шпиона. Но он прав, девушка ему приглянулась с первого взгляда.

— Сергей Петрович, — говорит он, стараясь, чтобы голос не дрогнул. — Прошу разрешения ухаживать за Марией. Она мне… симпатична.

Сергей смотрит на него долгим, изучающим взглядом.

— Симпатична, значит.

— Да.

— И ты готов ради этого остаться в деревне? Работать, жить по нашим законам?

Толик думает о графе. О задании. О том, что он сюда пришёл не за этим.

Но потом вспоминает Машу. Её глаза, когда она смотрела на него после драки. Её руки, которые дрожали, когда она перевязывала ему ссадину на костяшках уже вечером, после всех этих проблем.

— Готов, — отвечает он.

Сергей молчит несколько секунд. Потом кивает.

— Хорошо. Ухаживай. Но знай: если у вас сложится, ты должен будешь вступить в наш культ. Без оговорок.

— Понимаю.

— Не уверен, что понимаешь. Но поймёшь со временем.

Сергей разворачивается и идёт к калитке. На полпути останавливается.

— Маша! — зовёт он громко.

Дверь соседнего дома открывается. На пороге появляется девушка. Её щёки пылают румянцем, глаза опущены.

— Да, папа?

— Трофим хочет за тобой ухаживать. Я дал разрешение.

Маша вскидывает голову. Её взгляд встречается со взглядом Толика. На мгновение. Потом она снова опускает глаза, но уголки её губ заметно приподнимаются в улыбке.

— Хорошо, папа, — говорит она тихо.

Сергей уходит. Толик и Маша остаются стоять друг напротив друга. Между ними — пустота утренних дворов и целая пропасть недосказанного.

— Привет, — говорит Толик.

— Привет, — отвечает Маша.

И улыбается.

Толик чувствует, как что-то сжимается в груди. Это не входило в план. Совсем не входило.

Но почему-то он этому рад.

* * *

Возвращаюсь домой уже затемно. Во дворе непривычно оживлённо — горят макровые фонари, слышны голоса. Паркую машину и иду к крыльцу.