Книга Во власти Скорпиона. Вернуть свое, страница 127 – Александр Майерс, Гриша Громм

— Полиция! На пол! Руки за голову!

Мозг Витали отказывается понимать. Он замирает, тупо глядя на оружие. Это какая-то ошибка. Его? За что? Он же мелкая сошка, его давно никто не трогал…

Но полицейские не разбираются. Один из бойцов делает резкий выпад, бьёт ему под колени. Виталя падает вперёд, налетая лицом на порог. Раздаётся влажный, отвратительный хруст.

Нос ломается снова, теперь уже под другим углом. Да что за несправедливость? Белая, ослепляющая боль взрывается в черепе. Виталя кричит, но звук тонет в топоте.

Его прижимают лицом к полу, выкручивают руки за спину, защёлкивают наручники. Потом менты поднимают и сажают его на развалины двери. Он сидит, согнувшись, кровь и сопли стекают ему на куртку.

Он ничего не видит, кроме красной пелены и чёрных сапог, снующих по его двору.

Обыск идёт быстро и методично. Ему суют какую-то бумагу, по которой якобы, а может и правда, имеют право шнырять тут.

Они выносят пачки наличных, припрятанные в банках с крупой. Вытаскивают несколько старых и сломанных мобилетов. Переворачивают вверх дном его заначку с инструментами.

И вот один из ментов находит в куче металлолома ту самую железяку — странный агрегат из трубок и непонятных цилиндров, который он отжал у Генки. Мужик поднимает её, осматривает, переговаривается с другим. Потом кладёт в отдельный, опечатанный мешок.

Именно в этот момент боль в носу отступает на секунду, и в голове у Витали вспыхивает ясная, леденящая мысль: именно из-за этой штуковины. Генка-перекуп не струсил. Он сдал.

Или сдали его самого, а Виталя пошёл в связке. И эта железяка стоит намного больше, чем он думал. Настолько больше, что за ней пришла не просто местная полиция, а эти ребята в чёрном.

Обида подступает к горлу.

— Твою мать! — фыркает он.

Он так и не узнал, что это было и сколько мог за неё выручить! Он уже представлял, как будет трясти Генку, выбивая из него и цену, и адрес покупателя… А теперь — конец. Всё пропало. И деньги, и железяка, и нос теперь навсегда кривой.

Его грубо поднимают, ведут к чёрному фургону без опознавательных знаков. Последнее, что он видит, — это свой разгромленный двор и равнодушные лица соседей, выглядывающих из-за заборов.

* * *

Теперь — следующее дело. Бахчисарай. Я решил ехать на разведку. Взять большую группу — значит привлечь внимание. Поэтому поедем вдвоём с Олегом. Он за рулём, я — навигатор и мозг операции.

Нужно просто приехать, посмотреть город, порасспрашивать осторожно о старых пещерах и «странных полуночниках». Без резких движений.

Собираюсь и иду в машину, по дороге отправляю Ваську с Сашкой на пляж. И нет, вовсе не для того, чтобы они понежились на солнышке. Надо изловить краба. Пусть разведают обстановку и, если появится такая возможность, поймают, не причиняя ему вреда.

Выдаю подробности, описание животинки и говорю, где взять приспособы для излова созданной мной нечисти.

Сажусь на пассажирское сиденье, и мы отправляемся в путь. Но не успеваем даже из города выехать, как вдруг мир вокруг меня гаснет.

Буквально. Свет солнца, звуки двора, ощущение тепла на коже — всё исчезает в мгновение ока. Я будто парю в абсолютной пустоте. Вокруг — только густой, непроглядный серый туман. Он не холодный и не тёплый. Он — ничто. Под ногами нет опоры, но я и не падаю.