Книга Лекарь из Пустоты. Книга 9, страница 86 – Александр Майерс, Алексей Ермоленков

— Верно! — поддержал меня Строгов. — Эта возня с выборами затягивается, и кандидаты могут начать проливать кровь и даже втянуть в кровопролитие местные рода. Этого нельзя допустить.

— Согласен. Чем дольше это тянется, тем хуже для всех нас, — сказал барон Волков, и остальные мои вассалы поддержали его кивками.

— Поэтому я и предлагаю одну простую вещь, — произнёс я. — Давайте не будем распылять голоса. Если мы выступим единым блоком, то сможем посадить в княжеское кресло достойного человека.

— Звучит разумно. Осталось лишь определить, кто является этим достойным, — задумчиво произнёс Арзамасов.

Вот мы и подошли к сути.

— Давайте сначала отсечём тех, кто точно не подходит на роль князя, — предложил я.

— Это большинство кандидатов, — хмыкнул Сергей Аркадьевич.

— Вот именно. Грязнов, Зотов, другие марионетки — они нам не подходят в принципе. Посади любого из них в кресло, и Новосибирское княжество фактически превратится в кормушку какого-нибудь столичного рода. Они будут вытягивать из нас ресурсы и плевать на наши интересы. Думаю, никто из присутствующих такого не хочет.

— Тут и спорить не о чем, — фыркнул Строгов.

Остальные одобрительно зашумели. В этом, по крайней мере, все были единодушны.

— А Мамонтов? — спросил барон Волков.

— Увы, его репутация оказалась слегка запачкана, — усмехнулся Арзамасов.

— Дело даже не в этом, а в методах, которые он использует. Мне не нравится, что он внаглую пытается купить лояльность новосибирских родов. К тому же надо понимать, что эти инвестиции он будет с лихвой окупать, если займёт должность князя, — ответил я, умолчав про попытку шантажа.

— Да, я согласен. Хотя у Мамонтова всё же появилось немало сторонников. Кое-какие рода повелись на его взятки и обещания золотых гор, — сказал Строгов и сделал глоток вина.

— Пускай. Они так же легко забудут про него, когда поймут, что на самом деле Марк Андреевич из себя представляет. Думаю, вам всем известны два наиболее подходящих кандидата. Граф Кутайсов и граф Вяземский, — произнёс я.

— Кутайсов! — тут же воскликнул Гордей Васильевич, хлопнув ладонью по столу.

Я даже не сомневался, что Строговы будут за него. Кутайсов — боевой офицер с хорошими связями, как в армии, так и среди боевых родов всей империи.

Причём не исключаю, что дело здесь не только в офицерской солидарности. Вполне возможно, Кутайсов уже успел повстречаться с Гордеем Васильевичем и что-то ему пообещать.

Может быть, сам Роман Александрович и не силён в интригах, однако за ним стоит великий князь Барятинский. А вот он гораздо более искушён в таких вещах.

— Тут и думать нечего! Я за него горой. Граф Кутайсов человек слова, с ним всё понятно и предсказуемо. Он не станет юлить и лавировать между интересами родов, а будет править по справедливости, — продолжил Строгов.

— Вопрос лишь в том, что в его понятии значит справедливость, — мягко возразил Арзамасов.

— Могу согласиться с вами обоими… — добавил Волков. — Гордей Васильевич, вы сами назвали его проблему. Граф Кутайсов — военный до мозга костей и слишком принципиальный. А княжество — это не казарма. Здесь нужна гибкость и умение договариваться, чтобы соблюсти интересы всех родов и короны. Вяземский в этом смысле куда удобнее. Опытный политик, который умеет находить компромиссы.