Книга Лекарь из Пустоты. Книга 9, страница 110 – Александр Майерс, Алексей Ермоленков

Главной проблемой оставался граф Вяземский, которого по-прежнему считали фаворитом гонки, и теперь его позиции только усилились. Но браться за столь сильного соперника Арсений Львович был пока не готов.

Прежде надо расчистить путь, а уже затем атаковать сильнейшего, такую тактику он выбрал.

Сейчас стоит взяться за Мамонтова. Если дать ему время, он сумеет замять тот инцидент, о котором и так уже многие успели забыть, особенно на фоне убийства Пушкарёва. Марк Андреевич продолжит скупать голоса, раздавать займы и налаживать связи, и чем дальше, тем сложнее будет его свалить.

Нет, бить нужно сейчас, пока граф уверен в собственной безопасности. А уж потом можно будет взяться и за Вяземского.

Главное — действовать чужими руками. Так же, как Грязнов сделал это, когда отдал приказ проклясть дочь Зотова.

Арсений Львович, задумчиво теребя бородку, опустился в кресло у камина. Взгляд его задержался на тлеющих углях, и мысли невольно вернулись к одному неприятному обстоятельству, размышления о котором в последние дни нет-нет да и царапали.

Он думал о том шамане, которого нанял через надёжных посредников, чтобы наслать проклятие на дочь барона Зотова. Расчёт был прост: убрать ближайшего конкурента из игры, не трогая его самого. Достаточно, чтобы отец, обезумев от горя, забыл о всякой политике.

И ведь сработало — дочь Зотова, как доносили слухи, по-прежнему при смерти, и убитый барон не отходит от её постели.

Вот только сам шаман бесследно пропал. Посредник только развёл руками, мол, не выходит на связь, что я могу сделать?

Это было подозрительно. Арсений Львович не любил, когда исполнители исчезали без объяснений. За такими исчезновениями порой стояли очень неприятные вещи.

Но затем барон пожал плечами и отбросил тревогу.

Скорее всего, шаман просто струсил. Почуял, что дело пахнет жареным, испугался, что его раскроют, и сбежал куда подальше.

Да и хрен с ним. Главное, что дочь Зотова при смерти, а значит, дело своё он сделал.

Успокоив себя таким образом, барон вернулся к более насущному вопросу — к графу Мамонтову.

К нему нужен был особый подход. Просто наслать проклятие на самого графа или его близких будет слишком грубо. Род Мамонтовых наверняка хорошо защищён, средств у него побольше, чем у Зотова, да и связи получше.

К тому же повторять один и тот же трюк опасно. Действовать следовало тоньше. И шпионы как раз сегодня донесли об одной прекрасной возможности.

Грязнов узнал, что Мамонтов задумал подкупить очередного новосибирского барона. Встреча должна была состояться завтра, с глазу на глаз, и граф собирался передать барону крупную сумму наличными.

Вот на эти-то деньги Арсений Львович и задумал наслать проклятие. Сделать это гораздо проще, чем проклясть человека.

Барон возьмёт деньги — и вскоре почувствует действие. Захворает, начнёт чахнуть, а может, и вовсе сляжет. Наверняка целители найдут источник его проблем со здоровьем, и, разумеется, барон сразу же вспомнит, от кого получил эти проклятые купюры.

А дальше барон сам всё додумает. Решит, что Мамонтов вовсе не покупал его поддержку, а попросту хотел убрать. Зачем графу это понадобилось? Обиженный и напуганный человек найдёт тысячу объяснений. Может, Мамонтов узнал, что барон ведёт двойную игру. Может, решил, что тот слишком много знает. Да мало ли.