Книга Лекарь из Пустоты. Книга 8, страница 35 – Александр Майерс, Алексей Ермоленков

Необходимости договаривать её не было. Юрасов прекрасно понимал, что с ним случится, если аномалию найдут.

— Сделаю всё необходимое, ваша светлость, — заверил Андрей Андреевич.

— Очень надеюсь.

Связь оборвалась. Граф медленно опустил телефон и уставился в стену перед собой.

Князь сказал, что решит вопрос. Но как? Серебров — глава набирающего силу рода, который открыто бросает вызов всем, кто встаёт на его пути, и неизменно побеждает. А Баум — столичный князь с безупречной репутацией и огромным влиянием.

Впрочем, Аристов тоже не так прост. У него есть связи и сильные козыри. Если кто и способен остановить этих двоих, то только он.

Юрасов налил себе третью порцию виски.

Ладно. Аномалию нужно спрятать. С этим он справится. А остальное — дело князя.

Андрей Андреевич одним глотком осушил стакан, поднялся и вызвал капитана гвардии.

Российская империя, Новосибирск, усадьба Серебровых

На всякий случай я оставил роту Гранита на Урале. Шрам тоже остался на какое-то время — координировать действия с безопасниками Баума и продолжать расследование. А я вернулся домой.

Вечером собрал семью за ужином — давненько мы не ужинали все вместе. То я где-то мотаюсь, то Светлана была в свадебном путешествии, а теперь и вовсе живёт в усадьбе Строговых. Но, услышав о моём возвращении, она приехала в гости.

Мы ели, болтали, делились новостями — всё как в старые добрые времена. Мне было приятно видеть, как Татьяна и Света обсуждают беременность. Такое редко бывает, чтобы мать и дочь в одной семье вынашивали детей одновременно. Это очень нас сближало.

Когда мы закончили с ужином и слуги подали чай, я решил, что можно перейти от праздных бесед к важным вопросам. Пока женщины щебетали на диване, выбирая колыбели, мы с Дмитрием сели у камина.

Я начал с простого вопроса:

— Как дела, отец?

Дмитрий тяжело вздохнул. Он выглядел уставшим, и я не в первый раз это заметил. Просто сегодня это бросалось в глаза особенно сильно.

— Юра, если честно — я зашиваюсь, — признался он. — «Аргентум» набирает обороты, заказов втрое больше, чем полгода назад. Кемеровская фабрика после той истории с саботажем требует постоянного контроля. Теперь ещё уральский завод — хоть я и не участвую в проекте напрямую, документооборот идёт через меня. Плюс текущие дела рода, закупки, контракты с поставщиками…

— И при этом мама вот-вот родит, — добавил я, бросив выразительный взгляд на Татьяну.

— Да. А я едва её вижу. Это неправильно, но я не могу бросить дела, — покачал головой Дмитрий.

Я положил руку ему на плечо и произнес:

— Ты делаешь огромную работу, и я тебе за это очень благодарен. Давай так. Первое — вам с мамой нужно отдохнуть. Серьёзно, не отмахивайся. Хотя бы неделю. Съездите куда-нибудь, развейтесь.

— Юра, ты шутишь? Какой отдых, когда…

— Не шучу. Это не просьба, а настоятельная рекомендация. Я же вижу, в каком ты состоянии, — сказал я.

Дмитрий хотел возразить, но, видимо, не нашёлся, что ответить.

— Ладно, допустим. Небольшой отпуск пойдёт мне на пользу. Но кто будет вести дела?

— Я подключусь к самому срочному лично. А вообще, тебе нужны надёжные помощники, которым можно доверить часть управления. Документы, контроль поставок, переписку, даже часть совещаний — всё это можно и нужно делегировать.