Книга Лекарь из Пустоты. Книга 4, страница 104 – Александр Майерс, Алексей Ермоленков

— По какому вопросу?

— Рассмотрение вашего ходатайства о присвоении графского титула. Возникли некоторые сложности…

Российская империя, пригород Новосибирска, усадьба рода Серебровых

— И в чём сложность? — уточнил я.

— Князь Пушкарёв пожелал лично побеседовать с вами перед утверждением. Причём он хочет сделать это на заседании Совета, в присутствии других дворян.

Пушкарёв, надо же. Как раз недавно, когда мы с союзниками обсуждали контрибуцию, князь согласился выкупить земли Измайловых. При этом все вопросы решал через своих юристов, лично мы ни разу не виделись.

А теперь он вдруг захотел посмотреть мне в глаза. Любопытно.

— Хорошо. Я буду, — ответил я.

— Благодарим. Ждём вас завтра.

Как будто у меня есть выбор.

Я повесил трубку и задумался. Князь хочет проверить меня публично. Это может оказаться как хорошим знаком, так и плохим. С одной стороны — если я пройду проверку, это укрепит мою репутацию. С другой — если Пушкарёв хочет помешать мне стать графом, вряд ли у меня найдутся рычаги, чтобы ему помешать.

Разве что подключить СБИ, но не хотелось бы. Если получу титул с помощью Воронцова — буду вечно ему должен.

Остаток дня я потратил на подготовку. Изучил всё, что мог найти о князе Пушкарёве. Его род — очень древний, корнями уходит ещё во времена Рюрика. Сам Богдан Романович, судя по всему, придерживается консервативных взглядов и строгих принципов. Не любит выскочек, а Серебровых как раз многие считают выскочками из-за нашего стремительного взлёта.

Похоже, разговор будет непростым.

Утром я надел лучший костюм, перстень с гербом Серебровых. Проверил, что все документы в порядке.

— Нервничаешь? — спросил Дмитрий за завтраком.

— Немного, — признался я.

— Это хорошо. Перед встречей с князем расслабляться не стоит, — улыбнулся он.

— Ты что-нибудь знаешь о нём?

— Говорят, он очень ценит традиции и честь.

— Да, я тоже слышал. Поэтому нам нечего бояться. Ни я, ни кто-либо из нашего рода не порочил дворянскую честь. Наоборот, мы выполняем свой долг как целители.

— Вот именно. Непонятно, почему он вдруг решил вмешаться… Пока шла война — князь и пальцем не шевельнул. Земли Измайловых купил без вопросов. А теперь внезапно заинтересовался нами, — произнёс Дмитрий и скривился.

— Логично. Мы претендуем на то, чтобы стать ещё сильнее. Князь беспокоится, что у него под боком крепнет новая сила, — пожал плечами я, залпом допил кофе и встал.

— Наверное, ты прав. Удачи, сын, — Дмитрий тоже встал, пожал мне руку и проводил до двери.

У крыльца меня уже ждал автомобиль. Трофейный чёрный седан представительского класса, ранее принадлежавший Измайлову. До начала войны я думал о том, что надо бы купить себе машину, а теперь в этом нет необходимости. Новые автомобили появились у всей семьи.

Дорога до здания Совета заняла сорок минут. Я приехал за полчаса до начала, чтобы осмотреться.

Зал заседаний уже наполовину заполнился. Представители разных родов рассаживались по местам, переговаривались, обменивались приветствиями. Некоторые смотрели на меня с любопытством, некоторые — с настороженностью.

Я занял своё место и стал ждать.

Ровно в десять двери распахнулись, и в зал вошёл князь Пушкарёв.

Он оказался мужчина средних лет с черными волосами с небольшой сединой, волевым лицом и пронзительными серыми глазами. Военная выправка, властная походка, взгляд человека, привыкшего командовать. На груди блестели несколько орденов.