Книга Лекарь из Пустоты. Книга 3, страница 94 – Александр Майерс, Алексей Ермоленков

Я направил Пустоту на пулю, осторожная избегая не только здоровые ткани, но и раневой канал. Трогать его Пустотой чревато.

Пуля обратилась в ничто.

Шрам вздрогнул всем телом и издал сдавленный стон. Давление в ране ослабло — кровотечение из основного источника прекратилось. Теперь нужно продезинфицировать и закрыть рану хотя бы на время.

Я потребовал бинт, и один гвардеец достал два рулона из своей аптечки. Обеззараживающее заклинание, давящая повязка — готово.

— Ты будешь жить, — сказал я, встречая мутный взгляд Шрама.

— Чё-то мне так не кажется…

— Держись. Пулю я убрал, кровь остановил, рану обработал. Когда доберёмся до поместья, мой друг тебе поможет. Отнести его в машину, — приказал я, поднимаясь.

В это время Демид Сергеевич подошёл с докладом.

— Барон, разрешите доложить.

— Слушаю, капитан.

— Противник полностью нейтрализован. Их было семеро, все мертвы. Один из них… в общем, вот, — Демид Сергеевич протянул мне какой-то документ.

Я открыл его и почти не удивился, когда увидел удостоверение офицера гвардии рода Измайловых. Лейтенант Панкратов.

— При остальных такого нет? — спросил я.

— Никак нет. Судя по всему, наёмники, — ответил капитан.

— Тело офицера доставить в усадьбу. Машины наши в порядке?

— Схлопотали несколько пуль, но на ходу.

— Хорошо. Быстро грузимся и едем домой, — велел я.

Через десять минут мы уже находились в пути. По пути я позвонил Ивану, и он ждал нас на крыльце. Мы отнесли Шрама и остальных раненых внутрь. Курбатов первым делом принялся за Богдана — ему требовалась срочная помощь.

Я оставил его работать, зная, что с такими ранами он справится гораздо лучше меня. К тому же ему не помешает практика, если он и правда собрался стать военным целителем.

А мне тоже, кстати, надо научиться работать с ранами и травмами. Пустота, к сожалению, в этом не поможет. Необходимо развивать врождённый дар.

Где бы только время найти…

Я приказал дворецкому сделать мне кофе. Всё равно уснуть сегодня уже не удастся, да и рассвет уже скоро.

Вскоре явился Демид Сергеевич и доложил подробнее: Вася пробил документы офицера, они оказались подлинными. Кирилл Панкратов, лейтенант гвардии Измайловых. При нём к тому же нашлось табельное оружие, тоже оформленное на род Измайловых.

Ничего себе. Они что, совсем ничего не боятся? Или это тоже попытка провокации, как с трупом на свалке?

Нет, не думаю. Панкратов и наёмники следили за Шрамом, а мы просто подвернулись им под руку. Может, они вообще не знали, что стреляют по барону Сереброву и его гвардейцам.

Но это мало что меняет. Боец другого рода пытался убить меня и моих людей. В дворянском мире это означает объявление войны. Причём такой, на которой льётся не только кровь гвардейцев.

Я дождался, пока Иван закончит. Шрам, перевязанный, под действием обезболивающих и восстановительных зелий, спал. Его товарищ, с пулей в плече, и наш гвардеец Филимонов тоже были в порядке.

— Спасибо. Я твой должник, — сказал я, пожимая Курбатову руку.

— Да перестань. Для этого я и здесь. Что там случилось-то? — спросил он.

— Сам пока не понял. Будем разбираться.

— Ну а я пойду, вздремну ещё часок, — пробурчал Иван и поплёся в свою комнату.

Ещё раз поблагодарив его, я отправился к себе и взял телефон. Набрал номер Владимира Анатольевича Измайлова. Тот, понятное дело, ответил не сразу. Всё-таки едва рассвет наступил.