Книга Лекарь из Пустоты. Книга 1, страница 116 – Александр Майерс, Алексей Ермоленков

— Говори, не тяни!

— К ним сегодня нагрянула проверка. Инспекция по контролю качества, — ответил помощник.

Караев замер. Его злость мгновенно сменилась настороженным интересом.

— И?

— Продажи их эликсира полностью запрещены. Все партии изымают из аптек. А на род наложили штраф. Говорят, огромный, — Андрей робко улыбнулся.

Сначала Караев не поверил. Потом на его лице медленно, как восход солнца, начала появляться улыбка. Он тяжело опустился в кресло и закинул ногу на ногу.

— Неужели? — протянул он с притворным сочувствием.

— Сведения надёжные, — кивнул помощник.

— Кто это устроил?

— Не знаю, Олег Витальевич. Возможно, просто проверка. А может, Серебровы наступили на хвост кому-то ещё, — развёл руками Андрей.

Караев медленно потер свои мясистые ладони. Кто бы ни выступил против Серебровых — неважно. Важен результат.

Его собственная атака провалилась, но нашёлся кто-то более влиятельный, более жестокий, кто нанёс удар точно в цель. И этот удар был смертельным.

Запрет продаж и астрономический штраф? Это был конец. Банкротство. Позор. Возможно, даже потеря остатков родовых земель.

И тут в голове у Караева созрел новый, великолепный план. Он не просто будет стоять в стороне и наблюдать. Нет. Он поможет добить этот жалкий род.

— Андрей, у нас же есть контакты среди… грязных блогеров? Тех, что любят скандалы и готовы облить дерьмом кого угодно?

— Да, Олег Витальевич.

— Прекрасно. Подними всех. С сегодняшнего дня мы начинаем новую кампанию. Но теперь мы будем бить не в «Бодрец», а в саму репутацию рода Серебровых. Пусть пишут, что их целительский дар иссяк, что они шарлатаны, раз даже инспекция их обвинила. Вбрасывай всё, что придёт в голову. Понял?

— Конечно. Прямо сейчас и займусь.

— Иди, — Караев махнул рукой.

Помощник вышел из кабинета, а Олег Витальевич снова встал, подошёл к окну и посмотрел на пыльную улицу промышленного района, где располагалась его лаборатория.

Война ещё не проиграна. Она просто перешла в новую фазу. И на этот раз он будет бить лежачего. А бить лежачего — это просто.

И возможно, когда Серебровы будут окончательно разорены, он сможет выкупить их жалкие активы за копейки. Их рецепты, оборудование, может, даже плантации.

Мысль была настолько сладостной, что Караев позволил себе тихо, довольно рассмеяться.

Российская империя, усадьба рода Серебровых

Запрет на продажи «Бодреца» стал тяжёлым ударом, но не смертельным. Пока нанятые мной юристы готовили апелляцию, мы с отцом бросили все силы на то, чтобы сохранить денежный поток.

Идея с полуфабрикатами оказалась жизнеспособной. Мы начали продавать аптекам и мелким алхимикам готовые концентраты — очищенные вытяжки и экстракты, которые оставалось лишь смешать в указанных пропорциях.

По вечерам мы с Дмитрием зарывались в родовую книгу рецептов. Запрет касался только «Бодреца», а значит, никто не мешал нам разрабатывать что-то новое. Мы изучали старинные методики, искали забытые формулы, которые можно было бы адаптировать под современные реалии и наши скромные возможности.

Отец, чей исследовательский интерес я когда-то разжёг, теперь горел идеей создать что-то стоящее. Мы экспериментировали с успокаивающими зельями, мазями для заживления ран, с простейшими эликсирами, улучшающими сон. Это была работа на будущее, но она давала нам надежду и уверенность, что мы не сломлены.