Книга Имперский Провидец 3, страница 33 – Александр Майерс, Виктор Молотов

Настя села, насупившись, и буркнула:

— Отстань. И не надо меня утешать, пожалуйста. Всё в порядке.

— По тебе не скажешь, — заметила Мария.

— Брось, Настенька, не стоит так переживать из-за этого негодяя, — тётя Варвара лично налила Анастасии вина. — Всё пройдёт. Знаешь, у меня тоже есть история несчастной любви, связанная с картинами. Когда мне было восемнадцать, один кавалер украл мой портрет и продал его в частную коллекцию.

— Правда? — Настя подняла глаза.

— Ещё бы. Твой дядя потом нашёл того художника и… — она замолчала, заметив мой взгляд. — В общем, Феодор ещё пожалеет, что связался с Зориными!

Мария положила руку на ладонь Насти.

— Главное — ты ни в чём не виновата.

— Конечно не виновата! — Виктор нарезал себе мяса. — Гриша его найдёт и…

— … и разберётся по закону, — перебил я брата, хотя не был на сто процентов в этом уверен. Если Феодор будет артачиться, я с радостью набью его наглую морду.

Ужин прошёл в тёплой атмосфере. Настя расслабилась и под конец вечера даже стала улыбаться. Ощутив поддержку семьи, она явно стала гораздо лучше себя чувствовать.

Перед сном я настроил поглощение эфира, направив энергию на восстановление повреждённых каналов. Тело отозвалось приятным теплом, и я с удовольствием уплыл в страну снов.

Утро встретило меня холодным солнечным светом. Снова пасмурная погода — хотя сегодня тучи были не такими плотными, и была надежда, что хотя бы к полудню выглянет солнце.

Я надел лучший костюм — тёмно-синий, с серебряными пуговицами с гербом рода. Галстук. Часы. Даже взял с собой трость — не потому что мне она была нужна, а как аксессуар, присущий главе рода.

Константин пожелал отправиться вместе со мной, и я не стал отказывать. Мы взяли с собой пару гвардейцев в качестве охраны и поехали на машине Кости — его представительский седан оказался очень комфортным, хотя обычно я предпочитал более высокие машины.

Дворянская палата возвышалась громадой из белого камня. Колонны, витражи, бронзовые львы у входа и гигантский герб Российской Империи над дверями. Здание палаты с первого взгляда внушало если не благоговейный трепет, то как минимум уважение к могуществу русского дворянства.

Человек на входе, облачённый в багровую с золотом ливрею, поклонился и поприветствовал нас:

— Григорий Александрович, Константин Александрович. Добро пожаловать в Дворянскую палату.

— Вы нас знаете? — удивился я.

— Конечно, ваше благородие. В мои обязанности входит знать каждого московского дворянина, — снова поклонившись, ответил слуга. — И я всегда заранее предупреждён о тех, у кого сегодня назначены мероприятия в нашем здании. Прошу за мной.

— Ничего себе, — прошептал Костя, когда мы отправились по мраморным коридорам. — Я здесь тоже раньше не был. Вот это шик…

Он был прав. Куда ни глянь, каждая деталь, от золотистых элементов интерьера до портретов на стенах, была пропитана духом богатства и власти.

Судебный зал, где должно было состояться наше заседание, было в форме амфитеатра. Мраморный зал с резными дубовыми скамьями, по центру — стол судьи и бархатные кресла для истцов и ответчиков.

Я занял одно из этих кресел, Константин расположился рядом со мной.

Без пяти десять в зале появился барон Владимир Волков. Гордо задрав подбородок, он прошествовал к своему месту. Скользнув по нам холодным взглядом, он кивнул: