Книга Имперский Провидец, страница 48 – Александр Майерс, Виктор Молотов

А машина мне бы пригодилась. Но оставлять охрану без транспорта нельзя.

В холле поместья меня ждала целая делегация: дворецкий, начальник гвардии, главный садовник и остальные слуги. При виде меня они все поклонились, а я кивнул в ответ.

— Полагаю, вы хотите знать, сможете ли сохранить работу? — спросил я.

— Верно, ваше благородие. Но прежде — позвольте заверить вас в личной преданности, — сказал начальник гвардии. — Мы… В курсе ситуации. И будем выполнять только ваши приказы, ничьи больше.

— Он говорит от лица всех? — уточнил я, обводя слуг взглядом.

— Да, — почти в голос ответили они.

— Хорошо. Тогда можете рассчитывать, что сохраните работу и прежнее жалование. Но учтите, что условия службы могут быть пересмотрены, а если дадите повод усомниться в вашей верности — будете немедленно уволены, — спокойно, но твёрдо произнёс я. — Передайте мои слова всем остальным.

— Непременно, ваше благородие, — сказал дворецкий. — Подготовить для вас комнату?

— Да, пожалуйста. Только не ту, где спал прошлый барон.

— А что насчёт остальных членов рода? Они остаются жить с нами? — с опаской спросил дворецкий.

— Пока да, — кивнул я. — Кстати, они здесь?

— Варвара Николаевна и Виктор Александрович на втором этаже. Ждут вас. Остальных нет.

— Проводите меня к ним, — велел я. — Остальные, возвращайтесь к делам.

Мы с дворецким только начали подниматься по лестнице, когда тётя Варвара и Виктор спустились нам навстречу. Должно быть, они тоже узнали о моём прибытии. Я жестом отпустил дворецкого и остался с ними наедине.

— Здравствуйте, — сказал я.

— Здравствуйте, барон, — пробурчал Витя и склонил голову.

— Григорий, — тётушка выдавила улыбку. — Осваиваешься в новых владениях?

— Можно и так сказать. А что вы здесь делаете?

— Я здесь живу, дорогой, — улыбка тёти превратилась в оскал.

— Я не то имел в виду. Почему вы не в полиции? Вас оправдали?

— Они не нашли никаких доказательств моей причастности, — победоносно заявила Варвара. — Послушай, я хочу извиниться и признаться кое в чём.

— Слушаю, — кивнул я.

— Это действительно я натравила на тебя Оскара, ты был прав. Но я не приказывала тебя убить! Всего лишь напугать. Может быть, фамильяр неверно понял приказ.

— Сомневаюсь. Насколько я понял, он очень умён.

— Как бы там ни было, я не вижу смысла враждовать. Прости, что так поступила, но теперь нам лучше постараться найти общий язык, как считаешь? В конце концов, мы одна семья, — вкрадчиво произнесла тётя.

«Подружиться, значит? Чтобы потом в удобный момент подсыпать мне яд. Сколько же в вас коварства, тётушка?» — подумал я.

— Может быть, мы и подружимся, — сказал вслух. — Если, конечно, вы не задумали против меня ещё что-нибудь.

— Что ты, дорогой, как можно! Ты теперь глава нашего рода. Может, нам это и не слишком нравится, но я готова дать тебе шанс проявить себя, — сказала тётя Варвара.

— Александр Николаевич тоже был главой рода, но его всё равно убили. Назовите мне хоть одну причину вам доверять, тётя, — без обиняков сказал я.

— Причина есть, — улыбнулась она. — С сегодняшнего утра я являюсь опекуном несовершеннолетнего члена рода.

Она положила руку на плечо Виктору. Тот дёрнулся, но тётка только крепче сжала пальцы, не переставая улыбаться.

— Ты не можешь изгнать несовершеннолетнего. И его опекуна тоже. Так что я в любом случае останусь здесь, Григорий. Настолько, насколько потребуется…