Книга Имперский Провидец, страница 131 – Александр Майерс, Виктор Молотов

— Да.

— Мы можем взглянуть на неё?

— С какой же целью? — не показывания ни капли раздражения или недовольства, поинтересовался граф.

— Формулы из книги были задействованы на месте преступления.

— Вы меня подозреваете? — Сытин изогнул бровь.

— Пока что нет, — сказал я, не отводя взгляда. — Мы можем взглянуть на книгу?

Роман Витальевич какое-то время помолчал, а затем кивнул:

— Хорошо, идёмте. Я покажу вам его.

Библиотека графа была расположена на втором этаже. Она была не слишком большой, но впечатляющей — было видно, что здесь много редких и коллекционных изданий.

— Кажется, здесь, — сказал Сытин.

Он подошёл к одному из шкафов, достал ключ на серебряной цепочке и открыл резную дверцу.

— Вот, — он вынул толстый том в потёртом кожаном переплёте и протянул мне. — Не думаю, что кто-то трогал его последние лет десять.

Я осторожно раскрыл книгу. Обложка была покрыта пылью, страницы пожелтели от времени, а между некоторыми из них застыли засохшие травинки-закладки.

— Позволите проверить на следы недавнего использования, ваше сиятельство? — спросил Кретов.

Роман Витальевич развёл руками:

— Конечно. Хотя сомневаюсь, что найдёте что-то интересное.

Я уже видел и чувствовал, что на книге нет следов эфира. Какие-то еле заметные искры и туманное завихрение — но им, судя по всему, много лет. Когда-то книга использовалась по назначению, теперь она мертва, как музейный экспонат.

Кретов создал какое-то плетение и тоже, кажется, ничего не увидел.

— Такая могущественная книга, — сказал я, закрывая гримуар. — Почему же вы её не используете?

Граф усмехнулся:

— Разве это законно? К тому же, для её использования нужно очень много сил. А я никогда не был сильным магом. Моя семья хранит традиции, но в последнее время я больше занимаюсь виноделием, чем магией. У меня есть виноградник под Анапой. Хотите попробовать вино?

Кретов обменялся со мной взглядом.

— Нет, мы предпочли бы осмотреть дом.

Сытин на мгновение нахмурился, затем кивнул:

— Если угодно. Мне нечего скрывать. Только семейный склеп прошу не тревожить.

«Слишком уж поспешное предупреждение», — отметил я про себя.

Осмотр начался с первого этажа. Кабинеты, гостиные, столовая — всё дышало безупречным порядком и дорогим вкусом. Ни намёка на что-то подозрительное.

Когда мы поднялись на второй этаж, я почувствовал слабое эфирное колебание. Следы похожи на те, что оставляет Оскар после перехода в эфирную форму.

— Здесь что-то есть, — шёпотом сказал я Кретову.

Дмитрий кивнул — он тоже заметил.

Роман Витальевич, шедший впереди, остановился у массивной дубовой двери.

— Моя личная спальня. Если желаете…

— Мы хотели бы увидеть вашего фамильяра, — прервал его я.

Граф медленно повернулся. Его лицо оставалось невозмутимым, но лицо чуть напряглось, и от меня это не ускользнуло.

Нельзя сказать, что я стал сильнее подозревать его в причастности к покушениям. Но всё равно кажется, будто он что-то скрывает.

— Зачем? — спросил Сытин.

— Протокол, — сухо ответил Кретов. — При расследовании подобных дел мы обязаны проверять всех фамильяров. Способности вашего говорят о том, что он мог быть причастен к похищениям.

Наступила пауза. Затем Сытин вздохнул и позвал:

— Дагор!

Воздух в комнате вдруг стал гуще, а из тени за портьерой выплыл демон. Размером с пятилетнего ребёнка, он всё равно выглядел угрожающе благодаря жуткой морде и торчащим из-под нижней губы клыкам. Да и когти у него на руках казались грозным оружием.