Книга Магистр Д.У. М, страница 116 – Александр Майерс

«Дуэльный турнир памяти магистра Думова. 30 ноября. Победители получат призы! По вопросам участия обращайтесь в приёмную комиссию».

Ага, его всё-таки решили организовать. Запишусь потом. Уверен, что за полтора месяца смогу разобраться с переносом ядра. Если не смогу — всё равно буду участвовать и побеждать.

Надеюсь, что победителям вручат что-то получше, чем грамоту.

Захожу внутрь и сразу направляюсь в деканат. Там магистр Кольцов обещал принять у меня теоретическую алхимию. Заодно спрошу, не поступало ли каких-нибудь вестей об Антоне.

Не нравится мне, что Кушнир пропал. Тело его так и не нашли — значит, он почти наверняка в плену у Братства. Вызволить бы, только где искать? Да и не смогу я в нынешнем состоянии навалять этим экстремистам.

Бесит, сука. Хочу как можно скорее решить эту проблему!

Ускоряю шаг. И прямо возле деканата вижу знакомую неприятную рожу. Сергей Орловский. В сопровождении какого-то мужчины в дорогом костюме и при золотых часах.

— Отец, смотри, а вот и он! — как маленький, тычет в меня пальцем Сергей.

— А вот и я, — киваю. — Привет, одногруппничек.

— Заткнись, — рычит Орловский.

— Спокойствие, господа, — властно говорит мужчина рядом с ним и вонзает в меня холодный взгляд. — Дмитрий Могильный, полагаю?

— Верно полагаете. С кем имею честь?

— Дерзкий, — как бы между делом отмечает мужик и представляется: — Граф Геннадий Орловский. Рад знакомству.

— Взаимно, ваше сиятельство, — я вынужден поклониться.

Хотя по тону понятно, что мы оба ни капельки ни рады. Но приличия-то надо соблюдать.

— Перейду сразу к делу, — говорит Геннадий. — Как вы знаете, я вхожу в попечительский совет МГУМИ. Точнее, являюсь его председателем.

Чё, правда? Насколько мне известно, попечительский совет возглавляет племянник самого императора. Неужто Орловскому удалось его сместить? Причём буквально на днях, судя по всему.

— Поздравляю с назначением, — говорю я.

Игнорируя моё не слишком дружелюбное поздравление, граф продолжает:

— В мои обязанности входит многое. В том числе — поддержание высокого уровня студентов. Мне стало известно, что ваш потенциал невероятно низок, что ставит под сомнение целесообразность вашего обучения.

— Неужели, ваше сиятельство? А вы спросите у Сергея, как я умею обращаться с магией.

Орловский-младший рычит, стискивая кулаки. Старший только хмурится и говорит:

— Молчите, пока я говорю, господин Могильный! Так вот, до меня дошли слухи, будто ваш потенциал стал ещё ниже. И составляет теперь меньше половины единицы. Это так?

— Да. Но ненадолго.

— Вы намерены его как-то повысить? — хмыкает Геннадий.

— Да.

— Вряд ли у вас получится. Такие ритуалы требуют либо серьёзных навыков, либо серьёзных денег. Как мне известно, ни того ни другого у вас нет. Ведь род Могильных, к сожалению, вырождается.

— Не смейте оскорблять мой род, — с железом в голосе отвечаю я.

Честно, обидно. Хотя мне плевать на всех Могильных, кроме себя. Но чтоб какой-то пафосный мудак со стороны смел такое говорить? Нет уж.

— Правда никогда не была оскорблением, — веско заявляет Геннадий. — Впрочем, сейчас не о вашем роде, а о вас! Вы должны пройти ещё одно тестирование потенциала.

— Зачем?

— Я не обязан отвечать, потому что таково требование попечительского совета, — недобро сверкая глазами, отвечает граф. — Но всё же отвечу. Если результат будет неудовлетворительным, я подниму вопрос о вашем отчислении.