Книга Наследник, страница 127 – Александр Майерс

— Я здесь, — включив микрофон, говорю я.

— Александр Сергеевич, времени нет. Альберт Олегович умирает, он может уйти в любую секунду.

— Вы специально меня торопите?

— Нет, я лишь объясняю, что у вас нет времени на размышления. Вы приедете? — спрашивает он.

— Как вы докажете, что и правда представитель князя Черепова? Может быть, это ловушка? — интересуюсь я.

— Я знал, что вы можете это сказать. Сейчас я пришлю видео.

— Хорошо.

Я убираю телефон от уха, и через несколько секунд в Хамелеон приходит короткий видеоролик. Включив его, я вижу лежащего в постели Альберта Олеговича. Выглядит он ещё хуже, чем в тот раз, когда я виделся с ним. Кожа да кости — это выражение подходит как нельзя лучше.

— Александр, ты должен приехать. Я даю слово чести, что с тобой ничего не случится. Я не верю, что это ты убил Сергея. Нам нужно обсудить нечто важное, наедине. Прошу, приезжай. Я чувствую, что мне осталось совсем недолго.

Князь говорит медленно, делая вдох почти перед каждым словом. Видно, что речь даётся ему с трудом, как будто бы он говорит через боль. И я вижу, что это действительно он… Однако учитывая подделки под голос Юрия и диспетчера СБ Династии, как я могу верить, что и это — не продукт нейросетей?

— Я должен проверить подлинность видео, — говорю я в трубку.

— Александр Сергеевич, прошу вас, — спокойно, но с нажимом произносит неизвестный. — Тянуть нельзя. Князь в критическом…

— Перезвоните через десять минут, — прерываю я и сбрасываю звонок.

Сразу же набираю номер Егора. Пока идут гудки, я понимаю, что совершаю ошибку. Нельзя просить моего хакера проверить подлинность видео — во-первых, это может занять слишком много времени, во-вторых, я оставлю след в интернете. Даже если я перешлю ролик через Хамелеон, его оттуда можно как-нибудь вытащить. Да и сам Егор. Хоть я ему и доверяю, никто не должен знать, что я связан с Череповыми.

Но чем лучше рискнуть? Разоблачением того, что я сын покойного Сергея, или собственной жизнью, отправляясь на встречу по приглашению незнакомца?

В этом мире нет проекта Возрождение. Если меня убьют, то я умру навсегда.

Но если информация вдруг утечёт и станет известно, что я бастард Череповых, что тогда? Тогда война станет неизбежной. Уже представляю, что скажут роды враждебного клана — Александр Грозин убил собственного отца! Да и князь Григорий вряд ли поймёт это правильно, даже если мама скажет ему, что они с Сергеем всегда любили друг друга.

— Слушаю, ваше сиятельство, — раздаётся в динамике чуть шепелявый голос хакера.

Чуть помедлив, я спрашиваю:

— Как дела? Узнал что-нибудь?

— Кое-что есть. Я ошибался, ваше сиятельство, информационные помойки в этот раз ни при чём. Нас попытались запутать и заставить поверить, что это так, но…

— Ближе к делу, — перебиваю я.

— Новость опубликовали сразу крупные СМИ, принадлежащие Череповым. Что подозрительно — они сделали это очень быстро, буквально через пару минут после взрыва. Даже если они сразу же узнали, написать заметку так быстро невозможно.

— Хочешь сказать, у них всё было готово заранее? То есть род Череповых сам убил своего наследника? — недоумеваю я.

— Не знаю, ваше сиятельство. Делать выводы — не моя работа, я лишь отыскал для вас информацию, — открещивается Егор.

Вздохнув, я говорю: