Книга Изгой, страница 56 – Александр Майерс

— … а зданием по-прежнему владеет корпорация, — заканчивает династиец. — Так что мы имеем право вас не пустить.

— Вы меня за идиота держите? Я читал текст указа. На время его действия здание переходит под временный контроль правительства. Пока указ не будет отменён, у вас нет здесь никаких прав. С дороги!

Бойцу нечего возразить. Злобно зыркнув на меня, он отходит в сторону.

Слабая попытка, дядя. Рассчитана на дурачка или труса. А я не являюсь ни тем ни другим.

Дозвониться до Аркадия Тимуровича я так и не смог. Поэтому решаю зайти к нему в кабинет, прежде чем подняться к деду.

Терапевта нет на месте. Расспросив сотрудников больницы, узнаю, что Аркадий должен быть с князем. В регистратуре попросили передать, что ему нужно спуститься и подписать какие-то бумаги как можно быстрее.

Тогда, вероятно, он и правда в руках Юрия. И это плохо. Надо поспешить.

Поднимаюсь на нужный этаж. Только выхожу из лифта, на меня снова наседают династийцы. Даже не слушаю их, просто прохожу мимо. Один из солдат хватает меня за руку, но я так опаляю его взглядом, что он тут же разжимает пальцы.

— Молодец, — говорю я. — Ещё раз тронешь меня — пожалеешь.

— И что ты сделаешь, изгой? — дерзко интересуется тот.

— Например, подам на тебя в суд за оскорбление дворянской чести. Сделаю так, что ты будешь мне должен до конца жизни.

— Какой ещё чести? — хмыкает солдат.

— Дворянской. Ты что, глухой? Или не очень умный? Объясняю: меня исключили из рода, но я всё ещё аристократ. Понимаешь, нет?

Второй боец тычет сослуживца локтем в бок и шипит:

— Извинись, пока не поздно, дебил.

— Э-э… — со скрипом, но до солдата доходит, что к чему. — Простите, господин Грозин. Я сожалею.

— Да ни черта ты не сожалеешь. Просто испугался, что я оставлю тебя без штанов.

Намереваюсь уйти, но солдаты по-прежнему преграждают мне путь.

— Простите, господин. У нас всё равно есть приказ не пускать вас.

— Знаю. Вы не имеете права и вот почему.

Разъясняю этим двоим то же, что и солдатам внизу. Ответить им нечего, так что они просто молча кланяются и отходят в сторону.

Направляясь к палате князя, заглядываю в комнату отдыха и там вижу сидящих за столом Аркадия и Юрия. Дядя что-то негромко объясняет терапевту, а тот слушает, опустив взгляд в пол.

— Здравствуйте, — говорю я.

— Твою мать! — восклицает Юрий, завидев меня. — Изгой! Ты что, совсем страх потерял? Что ты здесь делаешь?

Не обращая на него внимания, перевожу взгляд на врача:

— Аркадий Тимурович, вас искали в регистратуре. Кажется, что-то срочное.

— Правда⁈ — терапевт с готовностью подскакивает и бежит к двери.

— Полагаю, что неправда, — хмыкает ему вслед Юрий. — Ничего, потом договорим!

— Телефон, — шиплю Аркадию, когда он пробегает мимо.

Терапевт ничего не отвечает и уносится по коридору. Но я уверен, что он меня услышал.

Я тем временем сразу пишу ему сообщение: «Вы в опасности. Покиньте больницу. Не появляйтесь дома».

— Интересно, что вы хотели от него, дядя? — спрашиваю, убирая смартфон в карман. — Наверное, чтобы он официально заявил о недееспособности князя?

— Я тебе больше не дядя, бастард, — поднимаясь, говорит Юрий. — Ты изгнан из рода.

— Ну и что? Родственные связи всё равно сохранились, не так ли?

— Между нами нет никаких связей, понял?

— Есть, конечно. Можете отрицать это сколько угодно, в нас всё равно течёт одна кровь.