Книга Мастер драгоценных артефактов 4, страница 31 – Александр Майерс, Олег Сапфир

— Так они там у себя вообще ничего не берут? Мы ж им целую телегу отправили! И картошки, и морковки…

Возница пожал плечами.

— Слушай, отец, граф лично занимается этими вопросами. Берёт ровно столько, сколько надо. Имение не бедствует, и вы голодными не останетесь. Так что не переживай.

У Степана даже слов не нашлось. Он молча принял очередной свёрток с сушёными грибами. Потом пошёл мешок муки. Потом связка вяленой рыбы. Потом горшок с топлёным маслом. И под конец — целая бочка кваса, которую они вдвоём еле-еле закатили в амбар.

Староста стоял и смотрел на всё это богатство. Еды вдоволь. Они ещё и половины прошлого завоза не съели, а тут новую партию привезли. Уму непостижимо.

— А это что, крупа? — спросил он, кивая на мешок, который возница достал последним.

— Ага, рис. Целый мешок.

— Да ладно, — Степан недоверчиво заглянул внутрь. Точно, рис. — Мы ж его не выращиваем. Откуда?

— Разбойников завалили на дороге, — охотно пояснил возница. — Те кого-то успели ограбить, это у них отобрали. Несколько мешков было, вот одним делимся с вами.

Староста покачал головой. Надо же — и тут граф не забыл про деревню. Мог бы всё себе забрать, никто и слова не сказал бы.

Когда возница уехал, Степан ещё постоял немного, прикидывая, как всё это распределять. Крупу тяжело поделить между всеми поровну — по горсточке, что ли, раздавать? Глупо.

Надо будет приготовить какое-то общее блюдо в выходной день, если он будет, конечно. Разнообразие — это шикарная вещь.

Хотя куда им разнообразие? Он отлично помнил времена, когда еды было ровно столько, сколько мог дать лес. Вернее, его безопасная часть, куда можно было сунуться без риска быть сожранным жуками или схваченным разбойниками.

Однажды Степан целую неделю питался одной брусникой да желудями. Бывало, что и кору перемалывали, делали из неё какие-то лепёшки. Гадость редкостная, но желудок набить можно. И слава богам, что те времена прошли.

Он запер амбар, проверил замок и снова вышел на улицу. Вечерело, и люди постепенно стягивались в деревню, возвращаясь с работы.

Степан думал, что это здорово, когда все при деле и когда вокруг всё время что-то строится и растёт. Но с другой стороны он вдруг понял, что чувствует себя виноватым.

Когда в последний раз граф приехал и попросил людей на работы, Степан выделил всех, кого смог. Вернее, всех оставшихся мужиков. Даже женщин предложил. Но граф только головой покачал: нет, женщины не должны тяжести таскать, у них своих забот хватает.

И вот сейчас, глядя на пустую улицу, староста решил: надо что-то придумать.

А что тут придумаешь? Вариант только один напрашивается.

Если поля и дальше будут давать столько урожая, если еды будет вдоволь — можно подумать о серьёзном увеличении жителей.

Это будет грамотное решение. Графу всегда нужны люди. А он, Степан, хочет быть полезным. Хочет, чтобы деревня и всё графство развивались. Не просто так же он тут сидит, в самом деле.

Может, рано или поздно, когда Леонид Сергеич оценит его труды, то и на покой уйти позволит. Будет Степан выращивать цветочки, как всегда мечтал…

Он знал несколько деревень неподалёку. Так, мелочь — по пять-десять дворов, не больше. Оттуда раньше приходили люди, хотели поселиться здесь. Но тогда у них самих была ситуация нехорошая, чтобы кого-то принимать.