Книга Мастер драгоценных артефактов 4, страница 10 – Александр Майерс, Олег Сапфир

Я молча кивнул, и мы прошли в дом. Как только пересекли порог, торговец затараторил:

— Я уже понял, что вы против рабства, господин. Это ещё тогда было понятно, когда мы впервые встретились… Не зря же вы перебили целый лагерь людей Ковена!

Я пожал плечами. Там цель была не только в освобождении рабов, но вообще он прав.

— У этих людей нет выбора, граф. Понимаете, я вытащил их из тюрьмы. Их ждала только смерть или много лет в заточении! — театрально воскликнул Илья.

Я вздохнул про себя. Да уж, торговец и правда меня раскусил. Он наверняка выяснил, что в моей деревне нет ни одного раба, а ведь для многих других аристократов это недочёт. Ну а для меня — принцип.

Предпочитаю, чтобы люди были мотивированы и трудились по собственной воле.

— Ладно. В обмен на посохи? — уточнил я.

— Тридцать посохов, как договаривались, — улыбнулся Илья.

— Идём.

Мы вышли обратно на улицу, и я попросил выпустить бедолаг из клетки. Они вылезли и сгрудились рядом с телегой, затравленно оглядываясь по сторонам.

— Кто из вас каким ремеслом занимался раньше? — спросил я.

Люди начали говорить. Среди них оказались простые рабочие, грузчики, кладовщики… А ещё три механика и пятнадцать бывших солдат.

Пятнадцать! А солдаты мне нужны.

— Как таких людей можно было продать? — удивился я повернулся к Илье. — Они же ценные.

Торговец пожал плечами.

— Вот, например, эти трое, — он указал на механиков, — работали на производстве. С машиной, которую они выпустили, что-то случилось. То ли детали не те поставили, то ли ещё что. Машина взорвалась, погиб влиятельный мирноградский чиновник. На рабочих всё и спихнули.

Один из них, мужик со шрамом от ожога на лице, не выдержал:

— Да там не так всё было! Нам велели вместо нормальных деталей какую-то хрень поставить. Кто-то наварился, а потом человек погиб, а мы в рабстве оказались!

Остальные двое закивали. Ну, понятно, бывает. Один человек заработал, а кто-то другой оказался в тюрьме. Классика.

Илья приказал своим людям снять с пленников кандалы.

Я поднял руку, обращая на себя внимание, и объявил:

— У меня нет рабства. Я вас выкупаю, и вы становитесь свободными. Дальше делайте что хотите. Устраивает?

Люди согласно закивали головами. Кто-то всхлипнул, а кто-то открыто зарыдал.

— Можете идти куда хотите, — продолжил я. — А если вам некуда идти — можете присоединиться ко мне.

Механик с обожжённым лицом выступил вперёд.

— Мы знали, куда едем, господин. Господин Верников нас предупредил, что вы справедливый человек. Поэтому я говорю за всех — мы согласны. Прежние места для нас всё равно закрыты, если хоть рядом с Мирноградом появимся — снова схватят и в темницу бросят.

— Не беспокойтесь. Здесь вам найдётся работа, а городские не посмеют вас тронуть.

Я повернулся к Макару, который, как всегда, ошивался неподалёку.

— Пристрой их пока здесь, в имении. Как придут в себя — пусть берутся за работу. А солдат — в казармы к Ильдару. Пусть разберётся, на что они способны.

— Сделаем, ваша милость, — кивнул старик.

Бедолаг отправили в дом, а мы с Ильёй приступили к дальнейшей торговле. Торговец и так уже не мог перестать улыбаться, наверняка предвкушал, как будет продавать тридцать огненных посохов.

Но у меня есть чем ещё его порадовать.

Первым делом я привёл Илью в помещение с ящиками трав, кореньев и прочего. То, что накопилось и что мы так и не смогли продать в городе.