Книга Аристократы улиц 2, страница 45 – Александр Майерс

Он ответил далеко не сразу — пришлось отправить четыре вызова подряд, прежде чем из артефакта раздался его хриплый голос:

— Здравы будьте, ваше благородие.

Снова этот тайный шифр. «Здравы будьте». Молодец, Авдей, предупреждает меня о том, что разговор слышит кто-то ещё.

— Здравствуй. Я хочу, чтобы ты снова отправил графу Бехтееву предложение о переговорах.

Авдей откашлялся и громко шмыгнул носом, а потом спросил:

— Думаете, согласится, ваше благородие?

— Его сын Пётр передаёт, что по доброй воле просит графа встретиться со мной. От меня же можешь сообщить, что я желаю прекратить кровопролитие и найти компромисс, который устроит обоих. Понял?

— Кхе-кхе. Да, понял.

— Ты всё болеешь? Где тебя держат?

— Держат? — испуганно спросил Авдей. — Что вы имеете в виду, ваше…

— Хватит ломать комедию, — перебил я. — Понятно ведь, что ты в плену. С тобой хорошо обращаются?

Помолчав, собеседник сказал:

— Нормально. Только в подвале держат. Холодно здесь.

— Господа тюремщики, — сказал я, зная, что они меня слышат. Ведь у вокса есть только громкая связь. — Я прошу предоставить моему человеку лекаря и перевести в нормальную комнату. Он не военный, не несёт угрозы и не собирается сбегать. Я с пленниками обращаюсь достойно. Меня услышали?

Телевокс какое-то время издавал лишь тишину, а потом раздался чей-то грубый голос:

— Услышали, барон. Просьбу о переговорах его сиятельству передадим лично.

— Это не просьба, а приглашение к диалогу. На личной встрече. Понимаете разницу?

Снова тишина, так что я был вынужден уточнить:

— Это вопрос, уважаемый. С кем я вообще говорю?

— Гвардеец его сиятельства графа Бехтеева, — решил не представляться незнакомец. — Да, я понимаю разницу. Передам приглашение.

— Напоминаю, Пётр Бехтеев лично просил отца встретиться со мной. Слово чести. Если не верите, могу попросить его привести.

— Не стоит, — ответил голос. — Что-то ещё, господин Терновский?

— Да. Пока ваш граф не даст ответ, мои наёмники продолжат действия в рязанских землях. Но на время переговоров я предлагаю прекратить огонь. Теперь всё.

— Принято, господин Терновский.

— Всего хорошего, гвардеец. Авдей, я скоро тебя освобожу.

— Спасибо, ваше…

Связь прервалась.

Что ж, неплохо. Можно надеяться, что граф согласится хотя бы встретиться. А уж там всё будет зависеть от моего дипломатического таланта.

Я не собираюсь давить, но и прогибаться тоже не буду. Как и сказал, меня вполне устроит компромисс. Для столкновения «мелкий барон против среднего графа» вполне хорошее окончание.

Неофициально я даже могу считать себя победителем.

При условии, конечно, что переговоры закончатся успехом. В противном случае придётся продолжать войну, и там — кто знает, как она повернётся.

После этого я отправился в Дальнегранск, где выступил перед горожанами.

— Дорогие соседи! — по-дружески начал я. — Сегодня ночью мои гвардейцы доблестно отразили атаку превосходящих сил. Не буду скрывать, мы понесли потери. Но никто из наших не погиб просто так. Каждый выполнил свой долг и пал в бою, как истинный воин.

Ответом мне стало гробовое молчание. Собравшиеся перед канцелярией люди наверняка думали: а нам-то что? Да, среди погибших было несколько горожан, но это же твоя война, барон, а не наша!

На это у меня был ответ: