Книга Пепел доверия 3, страница 28 – Руслан Михайлов

А за соседним столиком, что позади тихо плачущего мужчины, отделенным декоративной зеленой стенкой, сидит в меру шумная компания молодых людей. Их шестеро. Они пьют шипучий лимонад, едят пирожные, стараются сдерживать рвущийся наружу хохот, вспоминая свои недавние путешествия и весь тот юмор что с ними приключался. Особенно часто смеется озорная рыжая девчонка, сидящая напротив мрачноватого лысого парня в черной футболке. Шутки льются рукой, молодежь давится от смеха, но вот темноволосая девушка вдруг вскакивает и торопливо шагает к дверям ведущим к туалету. Рыжая девушка поднимается со стола, кричит ей вслед:

— Сходить с тобой, Чиппи?

Там мотает головой, прижимает к глазам ладонь и скрывается за дверью. Компания на миг притихает, они переглядываются и... снова срываются в штопор неудержимого веселья. Глянешь со стороны и не поймешь, что лысый молчун и рыжеволосая девушка присутствуют здесь лишь виртуально – они на экране, а в реальности похоронены где-то в Раменском, откуда они родом и на выезде, из которого несколько месяцев назад на полном ходу на байке влетели под вылезший на чужую полосу самосвал. Оба погибли мгновенно... и вот они здесь, шутят, вспоминают сплав на байдарках и привольную жизнь в палатках на речных берегах...

Ну и наконец вечером зал менялся под нужды небольшого ночного клуба. Зажигались разноцветные огни, за барную стойку вставали бармены, внутрь вваливались толпы желающих потанцевать. На оживших на стенах экранах тоже прибавлялось людей – десятки порой. И все это были призраки. Среди них была и рыжеволосая с молчуном и красивая жена сидящего уже за стойкой сгорбленного бизнесмена. Час, другой... и начиналось бурное веселье, где ты танцевал сам и мог видеть как напротив тебя улетно выкаблучивает умерший друг со своей подругой, причем танцуют именно так как всегда танцевали и это не видео – они реагируют на тебя, целуются друг с другой, бегают к бару за глотком спиртного и кричат на весь зал как же здесь улетно и давайте останемся до утра...

Да...

Я вспомнил что такое душеловки и почему они в кратчайшие сроки стали так популярны. Все что надо – отправить к ним видеозаписи и фотографии своих умерших, а потом выбрать из предложенных ситуаций и сцен – обед с подругой, легкая ссора с мужем, танцы...

Заведения довольно спорные – как и предлагаемые ими развлечения. На верхах сразу возникли их максимальные недоброжелатели, но душеловки процветали и потихоньку плодились. А потом случился конец света, и никто так и не успел проголосовать за их закрытие. Хотя в новости успели просочиться слухи, что по ночам кое-где в таких местах устраивают вечеринки с виртуальным присутствием различных умерших знаменитостей. Хочешь увидеть современно танцующую Мэрилин Монро? Или еще кого-то? Ты только пожелай... и заплати, чтобы в жизнь воплотилась твоя сокровенная фантазия, в которой ты главный герой, а она безумно влюблена в тебя...

Моргнув, я выпал из сладких грез, сделал глоток горячительного и дымную затяжку, приземляясь на землю бренной реальности и прислушался к словам только начинающего свой рассказ Дениса.

Они заказали то, что несомненно безнравственно и просто некрасиво было прописано в каталоге как «танцевальная тризна». У них вообще все сложилось также как в рекламных роликах душеловок – погибло трое из тесной компании с многолетней дружбой. Погибли на горном склоне, поглощенные лавиной. Остальные были там же, но их смерть миновала, пройдясь буквально по краешку. И вот шестеро выживших, чувствуя вину за то, что они живы, а друзья мертвы, решили вернуться назад в прошлое – в день, когда решили всей компании отправиться на лыжные покатушки. В тот вечер они как раз крупно поссорились, прямо сильно так, что для них редкость и вся поездка была на грани срыва. Вот в эту долгую их беседу они и решили «вернуться», благо все было записано на камеру ради совместного архива. Но они решили обыграть все иначе – сделать все, чтобы ссоры между ними не произошло. Сначала беседа, потом игра в карты, потом танцы. Чтобы воплотить все это в реальность ушло немало денег, но они ни о чем не жалели.