Книга Пепел доверия 1, страница 86 – Руслан Михайлов

— Сердце прихватило? — предположил самый старший из работяг.

— Надеюсь, что так, — брякнул я и, увидев мелькнувшее на небритых лицах мужиков удивление, пояснил свою странную моральную позицию: — Лучше уж сердце пусть прихватит, чем как те, у кого мозги переклинило и они на людей начали кидаться и убивать.

— Да это больше байки, — пренебрежительно махнул самый молодой и, щелкнув себя по сильно выдающемуся кадыку, подмигнул. — Просто люди пить не умеют.

— Да не в алкоголе дело, — удивительно по-стариковски проворчал я. — И не в наркоте, — взглянув на пискнувший смартфон, я аж подпрыгнул от радости: — Сели! Блин! Сели они! Нормально все!

— В поле сели?

Я покачал головой, продолжая читать:

— В аэропорту. Дотянули до Домодедово, сели нормально. Уже трап подкатывают, — я повернул телефон так, чтобы собеседники тоже могли увидеть, и следующие несколько минут мы, сопровождая просмотр облегченными ругательствами и смешками, смотрели на замерший на бетонке благополучно севший лайнер, окруженный кольцом тревожно мигающей спецтехники. К самолету подали обычный трап, открылась дверь, выглянул на миг вроде бы стюард, и мы невольно вздрогнули — у молодого парня лицо было буквально красным от размазанной крови, ею же залита форменная рубашка. Ну или это томатный соус…

Следующее видео подоспело через секунды, и на этот раз мы досмотрели все до конца — как в самолет входят тяжело экипированные силовики, а через несколько минут выходят, вынося опутанного лентами скотча седоватого мужчину с разбитым лицом и в окровавленной форме пилота. Еще через минуту вынесли еще двоих — но уже в обычной одежде. Молодую женщину в черном спортивном костюме оверсайз и лысого мужика лет пятидесяти. Все они были опутаны скотчем и черными ремнями. Их погрузили в машины, а внутрь лайнера рванули люди из машин скорой помощи. Все заняло считанные минуты, работали оперативно, но недавнее мое радостное облегчение исчезло бесследно.

Вашу же мать…

Иных слов на ум не шло.

— Не сердце у него прихватило, — подытожил самый старый из работяг и, сплюнув в траву, вытянул из кармана смятую пачку «Русского Стиля». — Троих упакованных вытащили.

— Террористы? — предположение выдвинул тот же, кто считал происходящую с обычными людьми странную перерождающую их хрень обычными байками.

Я глянул на него и промолчал. Один черт ничего не докажу. От предложенной сигареты я отказался — мне только полноценной никотиновой зависимости не хватало для полного счастья.

— Отдохнули — и хватит, — произнося это, старший бригады уже шагал обратно к бытовке. — Работать надо.

Остальные без особой охоты потянулись за ним. Ну да — нам только дай повод не работать.

Вернувшись к машине, я проверил статус Бажена — видео к нему ушло, но еще не просмотрено — и чуть дрожащей рукой схватился за кружку с остывшим чаем, снова чувствуя радостное облегчение. Люди живы. Люди сели. Ни в чем неповинные пассажиры спускаются по ступенькам трапа, они ругаются, на руках перенервничавших матерей орут во всю глотку детишки, грозно ревут о своих намерениях жаловаться на этот беспредел недовольные пузаны с мокрыми от пота подмышками, кто-то не может скрыть слез радости или бьется в запоздалой истерике, но все они живы — лайнер благополучно сел. Чуть позже будут еще новости, я узнаю больше подробностей, но главное известно уже сейчас — люди живы. Обошлось.