Книга Пепел доверия 1, страница 28 – Руслан Михайлов

Выгрузив коробки, я разместил их на непонятно кем и когда притащенном паллете, прикрыл от дождя курткой и, ежась от холодных капель, мелкой рысцой направился к месту, где в прошлый раз оставлял под подаренным трактористом Николаем обрывком пленки некоторые вещи. Все было на месте, и вскоре я сменил кое-как отстиранные от грязи кроссовки на резиновые сапоги и уже в них, оскальзываясь на жирной черной грязюке, почапал поближе к самому интересному — туда, где на шесть торчащих из земли металлических свай опускалась покачивающаяся бытовка. Остановившись рядом с Николаем — а кто тогда за штурвалом корчующего пень трактора? — я поручкался и продолжил наблюдать, заодно оценивая свое приобретение.

На сайте того крупного строительного магазина я выбрал бытовку из тех, что имелись во дворе прямо сейчас. Мне предлагали куда больше вариантов, но там надо было ждать от трех дней до недели, а мне ждать не хотелось. Поэтому я взял дачную бытовку длиной в шесть метров, а шириной в два с небольшим, договорившись о ее доставке, а потом позвонил Николаю и попросил сразу подготовить неподалеку от будущих ворот место под установку домика. Мы обсудили с ним варианты установки: бухнуть в грязь, шлепнуть на кирпичи, опустить на бетонные блоки или же водрузить на металлические сваи — и я выбрал последний. И вот бытовка неспешно опускается, два давешних мужика-лесоруба бесстрашно крутятся рядом, подталкивая постройку в нужную сторону. Наконец строение зависло над самой землей, со стуком опустилось на первые сваи и окончательно улеглось на остальные. Тросы ослабли, и бытовка замерла. Прямо торжественный момент… переминаясь в жидкой грязи, я смотрел на свое временное пристанище…

— Торопишься ты, — недовольно проворчал Николай. — Нагнетаешь тут…

Впрочем, в его ворчании не слышалось слишком уж большого осуждения — ведь я уже рассчитался с ним за все оказанные услуги и загрузил новыми на несколько дней вперед. Забор, ворота, туалет, колодец, разводка электричества, работы внутри бытовки — и это только часть достаточно срочных дел, за каждое из которых я расплачивался лично с Николаем, а как он рассчитывался с исполнителями — я уж не знаю.

— Тут приходили здешние строители, — добавил тракторист, швыряя окурок в лужу, — жаловались, что мы их хлеб перебиваем.

— И что?

— Как пришли — так и ушли, — сплюнув туда же, где с шипением утонул окурок, он подкурил следующую сигарету. — Проблем нет.

— И хорошо, — кивнул я, глядя, как забравшиеся на крышу бытовки рабочие снимают крюки с тросами. — А внутрь уже можно?

— Можно, — кивнул Николай. — Если не жалко там все в грязи изгваздать.

Посмотрев на покрытые грязной жижей сапоги, я с недоумением спросил:

— А как тогда?

— Говорю же тебе — торопишься. Сначала лес валят, потом корчуют, землю перепахивают, чтобы корни выдернуть, потом выравнивают, боронят, засевают газонной травой и уже через месяц думают, что тут и где ставить и строить. Земля подсохнет, травой порастет, ходи себе в удовольствие.

Я пожал плечами:

— Время поджимает.

— Оно и видно.

— Мне бы коробки закинуть…

— Коробки закидывай. Ушки в двери уже есть, замок по твоей просьбе я купил навесной. Ну а нам тут еще работы на день-два — пни тяжело поддаются.

— С грязью можно что-нибудь поделать?