Онлайн книга «Темнотропье»
|
Впрочем, если мне не почудилось, то все равно я не собирался задумываться излишне глубоко на этот счет. Мало ли кто мог плавать в сточных водах древнего подземного канала? Меня не тронул – и ладно. Большего я не прошу. Лишь бы это не был тот самый Затхлик, внезапно решивший сменить место обитания – а то крыс развелось… Кстати о нем…. Поднявшись, я содрал с торса рваные тряпки и запихал их в мешок – сойдут для факела. Свечка в фонаре почти потухла. Надо будет возвращаться к старому доброму способу освещения. Подойдя к утопающему в камнях проему ведущих вниз ступенек, я с трудом разглядел то самое крысиное гнездо, о котором думал совсем недавно. Это точно оно – я такие по географическому каналу видел и много читал в интернете для самообразования. Здесь работали настоящие крысиные зодчие – у гнезда почти шарообразная форма, оно сделано из всего что под лапу попалось. Тряпки, бумага, веточки, кора, плоские камешки, обрывки сетей, бутылки, гнилые доски и еще много чего. Входом служило положенный на бок пивной бочонок без дна и крышки. Обалдеть. Да это прямо люксовый крысиный отель. Вокруг гнезда разлив стоячей воды с плавающими на поверхности костями и кусками шкур. А вон парочка полузатопленных черепов, один из которых явно человеческий. Как мило. Он так забавно на меня таращится скорбными глазницами, а между его довольно редких зубов плавает какое-то многоногое мерзкое создание. Вдоволь насмотревшись, я перевел взгляд чуть выше. Вот оно. Прямо за гнездом, образовывая его заднюю стену, высилась мощная дверь. Прямо-таки мощная. Состоящая всего из четырех очень толстых досок, больше походящих на вырванные из железнодорожного полотна дубовые шпалы. Крест-накрест они перетянуты широкими медными полосами. В верхней части небольшое квадратное окошко забранное частой решеткой. Окошко плотно заперто. Тут из перевёрнутого бочонка-входа ко мне метнулось три юрких тени и мне стало не до разглядываний достопримечательностей – крысы! Респаун все же есть. Логично – это все же крысиное гнездо. А стало быть, внутри гнезда должна сидеть… На меня наскочил мутировавший английский бульдог – цекробер – и я угостил его колющим ударом бамбукового огрызка, а к нему добавил таранящий удар тяжелым голышом найденным мною на дне в последний нырок. Моба отшвырнуло, он закувыркался вниз по лестнице. И это позволило мне быстро оприходовать двух серых крыс. Вы-то куда сунулись, мелочь пузатая? Еще бы домашних хомячков в бой послали! Полезшего опять ко мне цекробера я добил голышом. И на последнем ударе камень разлетелся в крошку. А у меня в руках оказалась целехонькая бутылка – полная до краев янтарной жидкостью и с просмоленной пробкой. Ай да сюрприз… Это какая-то алкогольная продукция. И разбивать емкость не стану! Бутылку я убрал в мешок. И оттуда же достал кучу тряпья, перьев и мелких щепок найденных по дороге сюда. Все это дело я собрал в плотную связку, а затем поджог. И бросил на вершину крысиного гнезда – верхушка то все суше будет. И там такое же тряпье и веточки. Хлам к хламу. Гнездо занялось охотно – пламя затрещало, загудело, приобняло крысиный домик плотнее, запустили огненные пальчики глубже, пыхнуло дымком, злорадно оскалилось светлыми бликами. Вверх потянулся настоящий столб дыма, исходящий из провала и упирающийся в низкий потолок. Все было подсвечено багровыми отсветами. |