Книга ПереКРЕСТок одиночества 4: Часть вторая, страница 95 – Руслан Михайлов

Правят всем фурриары. И они единственные, кто не относится к категории узников. Они свободны, они в договоренности с истинными хозяевами планеты, возможно, имеют некую существенную материальную заинтересованность. У фурриаров есть доступ к телепортационным технологиям, они же курируют процесс набора новых добровольцев в кухонные рабочие из числа заключенных.

Дальше идут луковианцы и земляне. Они вроде бы в равных условиях, но у меня создалось впечатление, что землян на кухнях куда меньше и в результате мало и их влияние на внутренние мелкие процессы. Именно поэтому Василий Азаматович так сильно обрадовался моему появлению — ведь я землянин и, стало быть, займу место на «их» чаше весов.

На что именно влияет численность землян или луковианцев? Понятия не имею. Но, скорей всего, это становится важно, когда распределяют выходные дни, худшие смены, черную тяжелую работу и прочее. Ведь это огромная и работающая двадцать четыре на семь кухня — стало быть, там огромное количество различной работы и среди этих занятий найдутся самые нелюбимые и выматывающие. Те же мешки и замороженные туши грузить на тележку, перевозить и снова разгружать, куда худшее занятие, чем, скажем, чистить картошку, сидя на табурете. И чем старше человек, тем важнее для него исход распределения. Одно дело кинуть пятидесятикилограммовый мешок на тележку, когда тебе еще нет и тридцати, но попробуй это сделать в возрасте за семьдесят…

Что это дает нам? Да ровным счетом ничего. Даже зная внутренний расклад в мельчайших деталях, мы не сможем извлечь из этого выгоду или втереться кому-нибудь в доверие. Вообще, чтобы добиться чьего-то уважения или доверия требуется много времени и усердной работы, а у меня нет ни малейшего желания задерживаться там на несколько месяцев или на полгода.

Хотя… говоря откровенно, если выяснится, что нужное нам место надежно защищено стальной дверью с кодовым замком или неизвестно где хранящимся ключом… то может и придется мне превратиться из Охотника в Работягу. В этом случае игра стоит свеч. Вот только никто не может дать гарантий, что уже утром, когда я явлюсь пред очи фурриара, меня не раскроют как шпиона и не повяжут. А это вполне может случится…

— И ты вернешься? — тихо спросил Филимон.

— Часа через три выхожу обратно — спокойно ответил я, протягивая смартфон Милене — Сможешь зарядить?

— Ты ведь сам говорил, что заряженный смартфон может тебя выдать — заметила она.

— Может — согласился я — Поэтому спрячу его где-нибудь в раздевалке. И следующие сутки или больше не буду его трогать, пока не уверюсь, что меня ни в чем не подозревают.

— Сутки или больше? Как долго ты собираешься там пробыть? — удивленно спросил Чифф, протягивая мне сигарету.

— Вот это мы сейчас и обсудим — кивнул и я сделал глубокую затяжку — Включая все крайние сроки и наши действия на такой случай. Меня можете не отговаривать — я все равно вернусь на кухни. Даже если меня поймают и прикончат или отправят обратно в крест… мы все понимаем, что наша цель стоит такого риска. Ставки слишком высоки… и с каждым пройденным днем ставки возрастают.

— Ты это о чем? — Милена первая сообразила, что я говорю о чем-то тревожном.

— Не знаю — совсем по-стариковски проворчал я — Просто где-то в подкорке шевелится что-то смутное и непонятное. Ладно… завалюсь подремать на пару часов, а затем двину обратно. Мне ведь еще с фурриаром знакомиться, а затем могут и во внеурочную смену припрячь поработать — сами знаете как с новичками обращаются.