Книга Начало, страница 100 – Руслан Михайлов

И невольно, несмотря на не стихающий стук моего несуществующего сердца, я невольно взглянул на гору и разочарованно цыкнул зубом, выражая свое недовольство.

Всего-навсего сквозной тоннель… а я, было, рассчитывал, надеялся, что это окажется тоннель не сквозной, а подъездной ведущий самое малое к древнему и глубоко законсервированному военному бункеру. Или к подземному арсеналу. Или к командному пункту… стратегическому бункеру… эх! Сколько таких вот бункеров понатыкано в каждой книге, игре или фильме про Большой Ядерный Армагеддон. Но в нашем случае обычный сквозной тоннель, оставшийся от некогда существовавшего здесь автобана.

А если там есть незаметный отворот? Ведущий к секретной дверке… или там часть дорожного полотна опускается как лифт… или стена раздвигается… а там вход… и разные вкусности…

Но сейчас не до этого. Встряхнув головой, я заставил свой мозг переключиться на обдумывание более важной задачи.

Лишь бы успеть первыми… лишь бы успеть быстрее, чем те любящие пострелять ребятки. Успели мы, хорошо. А что дальше? Судя по всему, Влад и Беляк считают, что у толстяка с дробовиком есть план…

То ли Господь услышал мой безмолвный цифровой вой доносящийся из крутящегося где-то в космосе сервера Ковчега, либо нам улыбнулась удача. А скорей всего те странные ребятки оказались чересчур медлительными. Или не думали, что финиш у начатого ими поискового путешествия расположен так близко.

В любом случае мы оказались у малозаметного полукруглого въезда в тоннель первыми. Особо осматриваться было некогда. Влад ткнул пальцем вниз, мы вгляделись в глинистую сырую землю с островками асфальта и щебня. И увидели лишь одну цепочку отпечатков босых ног ведущую внутрь тоннеля, да уже знакомые отпечатки шин. Все просто как день и вновь не требует навыков следопыта. Один босой человек вошел внутрь, а затем из тоннеля выехала машина, наложив отпечатки своих шин поверх человеческих следов. Все просто и ясно.

Ловко развернув машину, Влад сдал назад и ввел транспорт внутрь, следом вошли мы, причем заходили мы задом и в наклонном положении, что в любом другом случае, несомненно, вызвало бы вал насмешливых замечаний. Но не сейчас — висело молчание, нарушаемое лишь звуками шуршащих по земле веток и примитивных скребков.

В этом и был весь мой простенький до жути план.

Засада. Примитивная засада. И никаких переговоров.

Во-первых, я отказываюсь, вести переговоры с теми, кто стреляет в детей. Принципиально. И плевать, что стрелок мог увидеть только машину — нехрен стрелять, сначала надо посмотреть, куда ствол нацелил! И на кого именно!

А во-вторых, я понимал мозжечком и копчиком одновременно, что чувак, чей указательный палец нервно подрагивает на спусковом крючке автомата, попросту может не услышать моего тихого «здрасьте» и сразу пальнет. И я кончусь, разлетевшись жирной вспышкой. Нет уж. Пусть они разлетаются словно конфетти.

Спустя десять минут после нашего прибытия площадка перед тоннелем оказалась очищена от отпечатков шин «приехавших» сюда совсем с другой стороны. Медленно растаял запах сожженного горючего, вновь повисло в воздухе цветочное благоухание. У входа остался Беляк — в странной напряженной позе, прижавшись боком к стене тоннеля. А я получил возможность осмотреться и пройти внутрь, ведомый Владом.