Книга Инфер 9, страница 86 – Руслан Михайлов

— Я оставлю их себе.

— Если купишь, – ответил я, сидя в стоящем перед ним удобном плетеном кресле и баюкая в руках тяжелую глиняную кружку с остатками кофе.

— Эй! – отлипнув от стены, уже седеющий крепыш в белой влажной майке качнулся в мою сторону. – Думай, с кем разговариваешь! Это дон а-а-а-а, мерде! Пута! Пута! – закрутившись, он схватился за рассеченный брошенной кружкой лоб и рухнул на колени. – Дерьмо! Убейте ублюдка! Убейте этого сраного…

— Заткнись, – едва слышно велел дон Ругер, и вопли крепыша как отрезало.

Хотя он позволил себе еще один короткий глухой стон, после чего его вывели в сад.

Мы находились на задней более чем просторной веранде с толстыми бревнами колонн и полом из плиток прохладного дикого камня. Многочисленные растения увивали колонны и заткали все пространство, надежно отсекая лучи уже поднявшегося солнца и сохранив ночную прохладу. Сад я видел мельком, но успел заметить десятки развешанных на деревьях птичьих клеток.

— Я покупаю, – произнес дон Ругер, властно опуская ладони на дробовики и так прижимая их к столу, словно они могли убежать. – Назовешь свою цену.

— Цена обычная, – ответил я и покрутил опустевшей рукой. – Я тут кофе не допил.

— Кофе дорогому гостю, – велел владелец усадьбы, и в коридоре раздался торопливый топот. – Еще я покупаю тебя.

— Я не продаюсь, – рассмеялся я. – И никогда не буду. Ни за деньги, ни за идею. Хватит с меня.

— Тогда я покупаю твою помощь как наемника. Ты ведь наемник? Ты убийца, незнакомец по имени Оди?

— Убийца, – кивнул я.

— Убил многих?

— Ну… кто считает дохлое мясо?

— Умения убивать мало… Скажи, Оди… ты ведь не задаешь лишних вопросов и не страдаешь сраными сантиментами и тупыми убеждениями? Мне нужен хладнокровный убийца.

Я усмехнулся:

— Тупых убеждений у меня хватает. Сантименты давно кончились – да мне вообще при рождении всего одну пачку их выдали. Быстро и разошлись на всякую ерунду вроде песчаных куличиков…

— Что?

— Говорю – хватит нести херню. Я бы не пришел, не желай заработать.

— Твоя цена?

— Нормальный внедорожник или тяжелая вместительная багги. А к этому всему неплохой запас боеприпасов и медикаментов, плюс подробную карту и все добытое мной остается моим, – перечислил я. – И все это я хочу сразу – вот прямо щас пусть закатят на веранду. Что скажешь?

— Что скажу? А ты как думаешь? Эти твари убили моего единственного сына… наследника…

— Так у тебя вроде дочерей немало?

— Семь любимых нежных цветков… девять внуков…

— Но сын – это сын?

— Мое дитя – это мое дитя. И я не собирался пережить никого из своих детей. Я надеялся мирно и тихо помереть лет через двадцать в собственной постели и в окружении плачущих родных, провожающих меня в последний путь. Но сын… он был младшим из моих детей. Долгожданным мальчиком. Мария, моя жена, умерла при родах… Ты ведь сам мужчина. Ты должен понять…

— Не, – я лениво качнул головой и принял от подошедшей старой женщины новую кружку с черным, как смола, кофе. – Я далек от всего этого.

— Ты многое теряешь…

— Может и так. Так что насчет моей цены?

— Ты получишь все, что требуешь. А затем мы отправимся в джунгли и прикончим убивших моего сына обезьян. И… – он сделал судорожный вдох, а затем с хрипом выдохнул: – И мы найдем голову моего сына! Голову! Моего! Сына! Мы отыщем! А затем я наконец-то смогу похоронить тело своего лежащего там на льду в подвале обезглавленного ребенка!